Клод. Свободный наемник

Хотя учитель учил его разным танцам, и вполне успешно, объясняя эту науку тем, что любой наемник должен обладать таким навыком, как танцы, которые для охотника были не просто отдыхом, а способом держать ритм, чтоб во время сражения, не сбить шаг и дыхание.

Оставшись один Клод провалился в сон без сновидений, за прошедшие сутки он устал настолько, что привычные кошмары и призраки прошлого не беспокоили его, отступив в тень

Проснулся он резко, просто открыв глаза от ощущения, что в комнате он не один.

В стороне от кровати стояла девушка в длинном сарафане, чёрные волосы чёрной гривой опускались до поясницы, укутывая её подобно покрывалу. Большие карие глаза смотрели с любопытством и вниманием, не мигая всматриваясь в черты его лица, не скрытые капюшоном. От такого изучения Клоду стало не по себе, но он ничего не сказал, лишь слегка улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. Незнакомка улыбнулась в ответ и плавной походкой сделала к нему один шаг. Как и Илай девушка была ужасно бледна, что объяснить Клод никак не мог.

- Моё имя Клод - представился парень, которому надоело играть в эти молчаливые гляделки.

- Оглая, - прошелестела она едва слышным голосом, настолько тихим что, чтоб понять её приходилось прислушиваться.

В комнате вновь повисло тишина, Клод не знал, что сказать, а девушка беседу не поддержала. "И вообще, что она делает в отведенной ему комнате?!" - задавался вопросом парень, но из вежливости ничего не говорил, пока не говорил.

- А ты симпатичный, - вдруг прервала затянувшееся молчание Оглая, - интересно, а какой ты без этого капюшона.

- Такой же! - недовольно буркнул Клод, возмущенный таким оцениванием. "Понятно конечно, что девке замуж охота, но не вот так же, пялится на постороннего парня".

- Не обижайся, я тебя на праздник позвать пришла, - вдруг примиряющим тоном произнесла дочка Илая и, взмахнув подолом платья, направилась к выходу из комнаты.

Покачав головой, мужчина со вздохом поднялся. Будь его воля он проспал бы до утра, но обижать хозяев не хотелось, вот только его тревога так и не улеглась, если вообще не стала ещё сильнее. Выйдя во двор и на всякий случай перепроверив оставшееся оружие, Клод удовлетворенно кивнул сам себе и только после этого заметил, как преобразилась деревня.