Вторжение в Мидгарт

Его пышная крона блестела и искрилась, словно тоже сделанная из золота.

— Это Чертог Павших, — с гордостью объявил Воданаз, указывая на роскошные хоромы у небесного края, — отсюда начинается Жилище Богов и Богинь.

— Мы идем туда? — спросил Вульф с нескрываемым восторгом в голосе.

— Нет, — покачал седой головой Одноглазый, — туда нет дороги живым. Но будь уверен, однажды мои славные девы поднесут тебе рог с пивом, встречая у Вальгринда[2].

Радость и восторг испарились с лица Вульфа, словно предрассветная дымка под лучами восходящего солнца.

Только павшие с оружием в руках попадали в чертог Воданаза, когда их души покидали мертвые тела и возносились в заоблачную высь в объятиях воинственных валькирий — светловласых и грозноликих дев, дочерей великого Отца Побед.

Взглянув тайком на помрачневшего Вульфа, Седобородый махнул рукой в направлении рощи и сказал:

— Идем. Там нас ждет кое-что важное.

Трое путников начали спуск по холму, приближаясь к растущим у подножья деревьям.

Тень и прохлада леса были более чем желанны после долгого пути под жарким солнцем.

Одетые не по-летнему, Вульф и Хельги обливались потом, когда густая ясеневая листва скрыла яркое светило. Вскоре они вышли на небольшую поляну. У опушки, привязанный к одному из деревьев, стоял громадный конь. Вульф не поверил глазам, когда разглядел у животного восемь ног. Жеребец заржал, увидев своего хозяина, и двинулся ему навстречу, но крепкая узда заставила остановиться. Одноглазый отвязал коня и, ласково потрепав по золоченой гриве, подвел к Вульфу и Хельги. Затем ловко запрыгнул в седло и сказал:

— Садитесь, мы скачем в Ётунхейм!

Воин и вардлок забрались на спину восьминогого коня, поражаясь силе и мощи этого невиданного животного. Одноглазый наклонился и что-то прошептал в ухо жеребца. Тот заржал и поскакал по поляне, стремительно приближаясь к деревьям. Вульф напрягся, ожидая, что конь вот-вот разобьется о широкие дубовые стволы, но локтей за пятнадцать от опушки он резко оттолкнулся от земли и взмыл ввысь.

Вульф задыхался, ему казалось, что внутренности шевелятся в утробе, пока волшебный конь поднимался все выше и выше над зелеными кронами.

— Хей-хей-хей! — кричал Воданаз, подгоняя скакуна.

Конь мчался над цветочным полем, ветер бил в лицо и трепал волосы трех всадников. Вульф и Хельги что было сил вцепились в седло и сжали коленями конские бока. Восьминогий жеребец несся по небу, а внизу проплывали прекрасные чертоги Асов и Асинь.