Вторжение в Мидгарт

— Это Эймунд, — представил воина Арн и обратился к нему: — Можешь ли ты вспомнить точно, сколько троллей было в той армии, что напала на ваш гарт?

— Нет, — хмуро покачал головой Эймунд, — знаю лишь, что было их больше двадцати тысяч, как поведал один из крестьян, который жил в хуторе поблизости от нашего гарта. Он сказал, что отряды троллей проследовали неподалеку и каким-то чудом не заметили его селения, что, в общем-то, не удивительно: в нем всего-то две-три хижины и сарай. Нелюди он насчитал больше двадцати тысяч.

Но когда мы бежали из горящего гарта на юг, мы встретили по пути небольшую группу беженцев. Они рассказали, что на их селение напали около десяти тысячи троллей. Это произошло в тот же день, что и нападение на наш гарт, так что это не могла быть одна и та же армия.

— Значит, их было не менее тридцати с лишним тысяч, — сокрушенно заключил Вульф.

— Включая больше тысячи хримтурсов и ётунов, — вставил Хлёддвар.

— Именно так, — кивнул Эймунд.

— Кстати, о ётунах, — сказал Вульф. — Видел ли ты их своими глазами?

— Да, я видел их, но они почти не участвовали в сражении, только стояли в стороне и наблюдали, как тролли и хримтурсы штурмуют гарт.

После того как нам удалось отбить несколько атак, один из ётунов дал команду и турсы отступили. Затем он развел руки в стороны, стал напевать заклинание, и частокол вдруг вспыхнул ярким пламенем. Через несколько ударов сердца от него осталась небольшая горстка пепла, окружившая черным кольцом селение. И тогда тролли бросились в атаку вновь.

Воин замолчал, в зале воцарилась тишина.

Рассказ Эймунда навел уныние на князей. В их душах гнездился привитый с детства страх перед чарами злобных колдунов Утгарта. Вульф нарушил молчание:

— Как выглядели ётуны?

— Огромного роста, выше троллей и хримтурсов, в доспехах и кольчугах, за поясом мечи или топоры, одеты в черные плащи с капюшонами. Их лиц я не увидел, они были скрыты одеждой, да и находились ётуны далековато.

Вульф вздохнул и взглянул на Хельги. Старик пристально смотрел на Эймунда, словно пытался прочесть его мысли.

— Ну что ж, Хельги, — сказал Вульф, — вот и они. Никто не сомневался, что рано или поздно нам придется столкнуться с ними. Что скажешь?

Хельги прислонился спиной к стене и сложил руки на груди.

— Сколько было ётунов? — хрипло спросил он.

— Точно не скажу, — пожал плечами Эймунд, — сто, может, чуть больше.

— Сто ётунов, — проговорил Хельги, сдвинув седые брови, — звучит как смертный приговор. Не только нам, но всему человечеству.