Помолодевший мастер войны

Я не спрашивал ничего, только ждал, когда он сам назовёт цель визита. Машенька, с опаской глядя на сына князя, подала нам чай и кофе. Максим даже не посмотрел, что в кружке и шумно отхлебнул.

– И дело дошло до его отца, – продолжил он. – Так что всё может принять неожиданный поворот, но…

Максим замолчал. Я тоже хранил молчание. К чему нарушать тишину, если слова не сделают её лучше?

– А ещё скоро турнир, – сказал Максим, немного смутившись, что я не играю по его правилам. – Человек с вашими талантами может помочь принести своей команде победу.

– Согласен.

– Но команда должна быть сильной, – он подул на кофе и отхлебнул ещё раз. – Даже маг ранга «орёл» не сможет победить там в одиночку.

Я же держал кружку, вдыхая аромат. Машенька перепутала и налила мне обычный жасминовый чай. Но в целом так даже лучше, иначе я бы не смог насладиться своим любимым сортом в атмосфере этих переговоров.

– И у меня как раз есть команда, – сказал Максим. – В ней не хватает одного участника.

Он посмотрел на меня нахмурившись.

– И я бы хотел предложить это место вам, – закончил он.

По крайней мере, он не требует от меня вступить туда, и ведёт себя вежливо, в отличие от грубияна Троекурова. И хотя Максим казался мне подозрительным, я вёл себя, как гостеприимный хозяин.

– Я очень благодарен за предложение, – я сделал глоток чая. – Но вынужден отказаться. У меня своя команда, которую я набираю, и в которой намерен участвовать. И победить, разумеется.

Он скрипнул зубами. Я подумал, что сейчас он вызовет меня на поединок или выкинет что-то ещё подобное, но нет. Максим Орлов не рискнул идти против меня в открытую. Ему должно было хватить слухов о том, как закончилась дуэль против Троекурова.

– Вы в команде Волконского? – спросил Максим.

– Под спонсорством Волконского, – поправил я, давая понять, что я имею большой вес в этом союзе.

Я ожидал, что он презрительно фыркнет, но молодой человек сдержался.

– Думаю, вы бы достигли больших высот, если бы связали свою жизнь с влиятельным князем, а не чудаковатым графом.

Он поднялся. Этот отказ его разозлил, я это видел по покрасневшему лицу. Но этот сын князя воспитан лучше, чем тот. Вот только всё это внешний лоск. Кто знает, что у него на уме?

– Уже уходите? – спросил я. – Скоро подадут рисовые пирожные моти по рецепту из Японии.

– Благодарю, но мне пора, – он вытянул руку, и в неё плавно скользнул его зонт.