Помолодевший мастер войны

– Я всё хотела узнать – где вы обучались? Сколько вам лет?

– Мне двадцать лет и пятнадцать из них меня обучал старый мастер Ци из Китая. Он решил, что Россия – хорошее место для отдыха, но я смог навязаться ему в ученики.

– Как круто! Наверное, он увидел в вас большой талант! А в императорскую академию вы случайно поступать не будете?

– Думаю, я скоро озабочусь этим вопросом. Пока же я путешествовал. Но академия – это хороший способ заявить о себе.

– Мой отец сможет с этим помочь, – сказала Лиза. – У неблагородных есть несколько способов попасть туда, ну, кроме того, что должны быть способности.

Это рекомендация, или денежный взнос, как сделал отец Павла, или получить какой-нибудь титул, хотя бы жалованного барона.

– Я учту, – вежливо произнёс я. – Признаюсь честно, у меня большие планы, связанные с этой академией.

– Если поступите, то будете учиться вместе с нами! – воскликнула Оля. – Мы все уже зачислены на первый курс по квоте, но будет ещё и вторая волна набора.

Дверь купе открылась. Вошёл Павел с полным подносом, заставленным стаканами с массивными бронзовыми подстаканниками.

Внутри какая-то чёрная жижа.

– Вообще-то, это приносит проводник, – сказал он. – Но пока он там бегает, я занялся этим сам. Принёс всем чай.

Это не пахло чаем. Я осторожно взял один стакан, вытащил из него чайную ложку и пригубил горячую жидкость.

Это не чай.

Это оскорбление любому любителю чая.

Такой чай не пьют даже индусы.

Но ребята пили с удовольствием, ещё обильно засыпая сахар и заливая молоком.

Может, хоть это помогает им заглушить мерзкий вкус отвратительного пойла, которое они назвали чаем?

Я отпил ещё глоток, а то уж слишком подозрительно на меня посмотрели, и поставил стакан на столик.

– Есть у меня одна техника, – сказал я. – Чтобы вы узнали основы медитации, пригодится вам в будущем. Давайте, покажу. Сначала расслабьтесь.

– А как это сделать? – спросила Диана.

– Сядь поудобнее и глубоко вздохни.

Я выглянул в окно. Мы проезжали мимо какого-то поля с очень высокой травой.

– А теперь самое важное, – продолжил я. – Ваши мысли могут вам мешать, но вы не сможете их выключить. Вам нужно сделать иначе. Вам нужно…

Что-то заскрипело, поезд дёрнулся и резко стал останавливаться. Я выставил руки, чтобы не опрокинулись стаканы и никого ни ошпарило кипятком.

– Что случилось? – спросила Оля.

– Не знаю, пойду посмотрю. А вы пока сидите.

Я взялся за холодную ручку двери, открыл и закрыл за собой. В коридор уже высыпали удивлённые пассажиры.