Помолодевший мастер войны

Но врагов всего десять человек. Юншэня можно не считать. Хотя мне было интересно, для чего здесь нужен тот парень европейской внешности, стоящий позади.

Он с ними? От него Ци я тоже не чувствовал. Это значит, что её нет или что он сильный мастер.

Я подошёл к ближайшей статуе. Её попытались состарить, но ясно, что обожгли глину совсем недавно. Может быть, даже взяли местную.

Я мог воспользоваться Ци, но если здесь есть мастер, он это поймёт.

Да и зачем Ци, когда есть более простые способы?

Я постучал по уродливому лицу статуи костяшкой пальца.

Глину обожгли плохо, внутри она ещё сырая. А сама статуя полая, внутри что-то есть.

– Лучше не тлогать, – сказал человек в синем халате. – Опасно, вдлуг сломается.

Я стукнул посильнее.

Статуя покрылась трещинами и развалилась на мелкие кусочки. На бетонный пол посыпались свёртки, покрытые коричневой бумагой, достаточно увесистые. Пока все смотрели на это, я подобрал один.

– Опиум? – спросил я, разорвав шершавую бумагу. – Нелегально перевозите опиум? И таким образом, чтобы граф Волконский вам ещё за это и платил огромными деньгами?

Торговцы насупились.

Я бросил свёрток на землю и растоптал. Сколько бед эта гадость принесла Китаю, не счесть. Но самим пользоваться этим против других?

– Это не просто опиум, – сказал человек в синем халате. Уже без акцента. – Это императорский опиум.

А это плохая новость. Императорский опиум запретили по всему миру. Во многих странах за его изготовление сажают пожизненно или казнят.

Однако мало кто знает, что если добавить немного Ци, то опасная дрянь станет ещё хуже. Она будет подавлять волю. Вот, значит, что клан Чао делает в столице. Хотят перевозить усиленный опиум за счёт Волконского, так ещё и таким образом, чтобы никто это не обнаружил.

Ведь никто не будет проверять статуи. А потом он разойдётся по знатным домам. И клан Чао станет влиятельнее, когда аристократы подсядут на это зелье.

Этого я не допущу. Однажды, ещё лет двести назад, они пытались провернуть такое с императорским двором.

– Но сделка будет выполнена, – продолжил бандит из клана. – Ведь дирижабль уже здесь, как и деньги на нём. Мы свою работу выполним.

Я поднял руку. Чингиз и его люди бросились в атаку, яростно вопя, как целая монгольская орда. Люди Чао бросились в бой на них. Юншэн же стоял, не особо понимая, что случилось и почему все начали драться.

А потом вообще спрятался за статуями.