Аврия. Выпускной курс. Война

На тех же крохах знаний, что на там бы за это время дали, максимум на что мы рассчитывали, когда-нибудь в будущем, очень я бы сказала отдалённом, прорваться на стадию младшего ученика.

- Подожди-подожди, - начал было я, но меня никто не слушал, Машени ушла в свои воспоминания и ей просто нужно было выговориться.

- Никто из нас не чаял даже надежды, что мы сможем протянуть тут так долго, - по её глазам текли слёзы. – Для кого-то это был шанс. Шанс даже не для себя самого, а для своих детей, что они смогут прорваться выше.

Ну и на более-менее нормальную жизнь.

Для кого-то, - в этот момент она чуть всхлипнула, — это был шанс хоть на чуть-чуть, пожить обычной жизнью. Жизнью обычного человека даже, а не мага. Но ты, - она оторвалась от моей груди и чуть отстранившись, упёрла мне указательный палец в грудь. – Но ты, именно ты, а не кто-то другой, дал нам намного больше. Настолько, что некоторые готовы молиться на тебя.

При этом ты ничего не требовал от нас взамен.

Совсем ничего. Из-за чего, по началу, некоторые переживали что это какой-то обман. Но чем больше мы тебя узнавали, и чем больше ты для нас дела, тем меньше сомнений было у всех остальных, на твой счёт.

- Но, - хотел я вставить свои пять копеек, но опять был перебит, хотя меня поняли и так и озвучивать вопрос просто не требовалось.

- Да, ты нами руководил и даже более, приказывал нам, - улыбнулась она, - но для большинства из нас это обыденность жизни. А с учётом твоего авторитета в нашей группе, твои приказы, со временем, начали восприниматься как само собой разумеющиеся вещи.

Они даже под сомнение не ставятся. А ты о такой ерунде тут говоришь.

Такого, если быть честным, я никак не ожидал. Вот чего угодно ожидал от отповеди, до проклятий, но не слепого подчинения. Такой уровень доверия пугал меня даже больше, чем если бы они начали меня все разом проклинать. Ведь нет ничего страшнее чем не оправдать такой уровень доверия к тебе.

Далее мы более ни о чём не говорили.

Машени успокоилась, но слезать с моих коленей даже и н подумала. Она на оборот, обратно свернулась калачиком у меня на груди, буквально зарывшись в неё носом. И тихо сопела, её даже вкусняшки сейчас не привлекали, так сильно, чем близость ко мне.

Так мы и просидели с ней в тишине и спокойствии до темноты, пока она уже носом клевать не начала. Каждый при этом думал о своём. Но когда-нибудь всё да заканчивается.