Хранители. Дары небесные

Она поглотила часть проклятья и похоронила в своем сердце, от чего жгучая боль передалась и ей. Капли пота выступили у девушки на лице и она опустилась на одно колено, но продолжала вытягивать ненавистный комок. Георгий, понимая, что причиняет ей вред, крепко схватил ее за кисть и силой пытался прервать контакт. Но Мэген была не из тех, кто сдается. Она упорно тащила на себя отравленный кусок. Наконец-то отголоски проклятья отпустили Архангела, и Георгий почувствовал заметное облегчение, но вместе с тем презирал себя за то, что позволил Хранителю завершить начатое.

Тяжело дыша, Мэген лишь улыбнулась и потерла запястье. Красные следы отпечатков пальцев говорили о том, с какой нечеловеческой силой Архангел пытался ее остановить. Девушка уверенно опустила загнутые до локтей рукава свитера так, чтобы никто не мог видеть начавшего темнеть синяка. Мэген молча поднялась и направилась к выходу. Когда пальцы ощутили ледяной холод позолоченной ручки двери, ее на мгновение остановил голос:

– Не стоило…

– Это было необходимо.

Сладкий запах лилии заполнил комнату. Яркие лучи солнца медленно ползли по стенам пробираясь ближе к кровати. Прошло совсем немного времени после того как ушла Мэг. Архангел мучил себя размышлениями, пока не послышался легкий шелест ног в коридоре. Блестящие, словно колосья пшеницы волосы обрамляли лицо, появившееся в проеме двери. Рамуил осторожно заглянул в покои, увидев, что его друг действительно очнулся, как ему сказала Мэген две минуты назад. Он уверенно зашагал к Архангелу и присел рядом.

– О, Георгий, я так рад что вы живы! Создатель соблаговолил нам!

– Все во благо… – произнес едва слышно Архангел глядя на белые лепестки прекрасного цветка.

– Если бы не девочки… Я просто боюсь вообразить, что могло произойти.

– Рамуил, ты слишком сентиментален…

– Возможно, – улыбнулся ангел, – это делает нас более близкими с ними.

Теперь уже оба святых существа рассматривали слегка измятые листья цветка.

– Сколько я уже здесь?

– Вы долго не могли прийти в себя… Что сильно беспокоило нас.

– Что ж, я благодарен ему, сообщи ему, что я могу вновь…

– Об этом не может быть и речи! – Рамуил пресек все попытки геройства своего старого друга.

– Сколько можно уже попусту тратить время? Я доверяю Петру, но порой он бывает излишне горяч и суров.