Прототип 2.0 | Часть I

Осознать сказанное и, важнее, свою реакцию на это он попробует позже.

— Сато Юки-доно, — видящая окликнула его ещё раз в самом конце лекции. — Пожалуйста, задержитесь немного. Мне хотелось бы кое-что у вас уточнить.

Однако после звонка разговор пошёл совсем не об учёбе. Девушка долго изучала Юки внимательным взглядом, заставив смутиться:

— Эм… Накамура-сэнсей?

— Я видящая, — жесткий ответ сбил смущение, пустил по загривку мурашки. — Вижу магию и не только её. Вижу «ключи» разломов, их следы. Потому такие, как я, незаменимы.

Но есть кое-что ещё. Все видящие могут видеть ауры магических существ. У вас, Спящих, у каждого свой цвет. Сато-доно, ваш цвет красивый и чистый, лазурь с золотыми искрами. Он сразу пленяет. Тёплый, как высокое летнее небо. Но сегодня на какой-то миг… — она замялась, но взгляд не опустила и продолжила прямо, — он начал темнеть. Я не знаю, что это значит и чем может обернуться, но предупредить вас обязана. Вы единственный Спящий со способностью исцеления. Пожалуйста, будьте внимательней к своему дару. Хорошо?

— Хорошо, — удивленно ответил Юки. — Спасибо.

Она кивнула, ободряюще улыбнулась и поспешила за дверь. А Юки запоздало понял, передернул плечами… Аура, это ведь не игрушки? Если верить книгам и всяким фентезийным мирам, она важна. Почти так же, как жизнь. И для каждого своя… Если аура в тот момент начала меняться, значит ли это, что и сам Юки действительно перестал быть собой?

Страх совершенно иной, потаённый, скользкий и тёмный окутал сердце мокрым холодом.

Одно дело бояться нового. Другое — запоздалое осознание произошедшего.

Потерять себя Юки испугался впервые.

Он вышел из аудитории в странном разбитом состоянии. Мир снова ломался, но как-то иначе. Когда Юки очнулся в больнице, ему всё казалось диким продолжением двухлетнего сна. Конечно, реальность пришлось принять и понять. Иначе никак. Но тогда она не ставила под сомнение его собственную личность, рассудок, саму душу.

Тот внутри был циничным, безжалостным, злым.

Во снах Юки не было страха, только холодный расчет и кровь. Много крови. Там Юки знал, что его ненавидят, знал, что за ним охотятся. Знал за что. И ненавидел в ответ.

Но здесь, за границами сна, Юки не связывал себя с той реальностью. Боялся связать. Там настоящий он был беспомощным наблюдателем, не мог ни на что повлиять. Значит ли это, что со временем Юки станет «никем» для себя самого?

Ужас снова мазнул по хребту склизким холодом.