Будни наемника

— Ты не хочешь стать богом, убийца богини? — с надеждой поинтересовался старейшина. — Мы отдадим тебе наших женщин, научим жить под землей и под водой, спать до весны, а то и дольше. Для начала нужно задержать дыхание, это не трудно. Мы можем сварить тебе зелье из прошлогодних грибов и ты заснешь на тысячу лет. И мы тогда сможем опять уйти в жилища.

— Нет, не хочу, — ответил я, стараясь сохранить серьезный вид. В жертву каким-то древним богам меня однажды хотели принести, но богом стать ни разу не предлагали. Сидеть в болоте тысячу лет, а потом вылезать наружу и «насыщаться»? И эти, «синие танцовщицы», предложенные как женщины.

Бр-р... Грибочки прошлогодние, еще не легче. Нет, если грибов нажраться, так и страшные болотницы могут показаться красавицами, но лучше не стоит пробовать на старости лет. Нет уж, нет уж. Ищите дураков в другом болоте.

— Я так и думал, — вздохнул старик. — А он? — кивнул старик на коня, тщательно пережевывающего какой-то мох с кочки.

Нет, я очень сдержанный человек. Даже герой.

Не знаю, как сумел удержаться от смеха, а ведь сумел! Впрочем, из жеребца получится неплохой бог.

Покосившись на Гневко, сказал:

— А мы его самого и спросим.

— Не надо, — отчего-то испугался старик. — Я и так вижу, что ваш четвероногий спутник откажется. Да и женщины наши ему не понравятся.

Это он верно сказал. Болотные женщины жеребцу точно не понравятся, он иных дам предпочитает, покрупнее.

Я дожевал сыр, заел лепешкой, потянулся к фляге. Отпив, подумал, что надо бы пополнить запас — вон, Гнедой напился из той лужи, значит вода хорошая.

— Так где нам взять бога? Если у нас не будет хранителя, мы никогда не заснем, — грустно спросил старик, словно я должен взять и выложить какое-нибудь божество.

Я собирался нагрубить, но уж слишком старик был уныл. Был бы у меня в вещевом мешка какой-нибудь бог, то честно, отдал бы, не пожалел. А так, где я им бога возьму? Хотя...

—Так вы сами сделайте.

— Как? — обомлел старейшина.

— А вот так, просто.

Я вытащил кинжал и принялся ковырять почву.

Тщательно освободив землю от корней, угольков и листьев, начал творить. Сначала изготовил основу из веточек и травы, а потом обмазал получившегося уродца мокрой землей. Ваятель из меня так себе, да и болотистая почва — не гончарная глина, но спустя минут пятнадцать у костра стояла небольшая фигурка — кривая, с обсыпающимися руками, но готовая.

— Это я так, для примера, — смущенно сообщил я, втайне любуясь работой. Кому как, а мне эта земляная кукла нравилась.