Голдчак. Первая битва.

– Вы, юный господин, теперь всенародный любимец. Это хорошо и плохо. Главное голову не терять.

– Я не собираюсь. Ты лучше скажи, что с магией делать?

– Это ж надо, как повезло, я родился вовремя, теперь нам точно хана. – не унимался охранник.

– Ало! Что с магией будем делать? И поподробней почему нам хана. – наконец на меня обратили внимание.

– А с магией? Мы вам ошейник подавитель оденем, и каждый день излишки сливать будем. А по второму вопросу, так теперь наш род на особом щету будет. Знатные вельможи не любят, когда их отодвигают на задний план.

Теперь козни станут строить, молодняк вас на дуэли зазывать, в общем будут пытаться вас скомпрометировать, или уничтожить.

– Не слишком, такие меры из-за двух мечей?

– Эти мечи символы славных побед и честных поступков. А политика грязная штука, они не любят чистеньких. На каждого должен быть компромат, чтобы контроль был. Я вам точно не расскажу, не люблю эту грязь, вы у батюшки поспрашивайте, он вам расклады выдаст.

– А обязательно как собаке с ошейником ходить?

– Нет конечно, но тогда вы можете взорваться, не выдержав магического потока, который в первое время не стабилен.

В вашем организме сейчас идёт перестройка всех систем, слишком много энергии, которая не подвластна контролю. Это только первую неделю, как научитесь чувствовать всплески, мы ошейник снимем, поменяв на колечко.

– Хоть это радует. А что ещё я должен знать о магии?

– Ничего, молодых магов запрещено обучать дома. Вы всё узнаете в школе. Ваш отец придерживается официальной позиции, поэтому запретил вас обучать.

Сейчас самое главное научиться контролировать энергию. И начнём мы прямо сейчас.

Обучение оказалось простым. Меня весь день гоняли как сидорову козу. Не давая передохнуть, а я и не сопротивлялся. Вечером ехали в поле, там я снимал ошейник и пытался почувствовать магию. Не знаю магия это или нет, но что-то давит на диафрагму, как будто переел. Дыхательные упражнения успокаивали это неприятное чувство. Уже третий день не изливал излишки, может вся магия уходила на поддержание работоспособности организма? Пётр был не рад, такой сдержанности моего тела.

Четвёртый день провели в полях, не использую ошейник. Всё равно всплеска не было.

– Так, что-то не то. Вы меня извините, но я вынужден спросить нечто интимное. – помявшись сказал Пётр.

– Не тушуйся спрашивай.

– Опишите периметр дворца, образовавшегося при инициации.

– И что в этом интимного. Примерно десять на двадцать метров.

– Тогда понятно. – огорчённо произнёс он.