Пращур

Он не был уверен, что вообще не сбился в пути в царящем вокруг удушливом полумраке, а ведь дорога сплошь и рядом оказывалась почти непроходимой, и ему приходилось либо идти в обход, либо прорубаться сквозь переплетения лиан, наплевав на заточку клинка.

Мазь от насекомых, купленная в городе ещё в самый первый день худо-бедно работала в городе и вокруг него. Здесь же наиболее отчаянная мелкая живность норовила впиться в кожу, несмотря ни на какие предосторожности. Страдая днём, он даже не предполагал, что ночёвка на земле окажется вдвойне ужасней, а когда он исхитрился залезть на дерево, надеясь спастись хотя бы там, разразился ливень, более напоминающий водопад.

Вперёд его толкало уже лишь упрямство, приправленное отсутствием уверенности в способности отыскать обратную дорогу. Запас проклятий в адрес Кайи он исчерпал ещё вчера и сейчас шёл молча, механически переставляя ноги.

Промелькнувшая слева тень сперва показалась ему галлюцинацией, и всё же он остановился, обнажив меч.

Несколько мгновений вглядывался он в гущу зарослей, раздумывая, стоит ли приготовить для боя кое-какие предметы своего ремесла.

Таящая в себе угрозу лесная чаща была вновь неподвижна, и Седар уже было собрался зашагать дальше своей дорогой, как вдруг услышал позади себя шорох и тотчас же нечто ужалило его в ногу, подобно ядовитому насекомому.

Крутанувшись назад, он бросился навстречу опасности с мечом в руке, но не встретил врага.

Лишь некая тень метнулась, исчезнув в казавшихся непроходимыми зарослях, да ещё одно насекомое ужалило его на сей раз в шею.

Потянувшись рукой назад он вытащил из шеи нечто тонкое и продолговатое. В ладони лежала маленькая стрелка, длиной менее его пальца. Седар похолодел от ужаса. Наверняка эта дрянь ядовитая. В сумке были некоторые снадобья, способные помочь, но едва ли незримые враги дадут ему достаточно времени, чтобы ими воспользоваться. И едва ли ему под силу справиться с теми, кого он даже не видит.

- Я не причиню вреда! - заорал он, поразившись насколько слабо, словно издалека, звучит его голос. Ноги почему-то вдруг начали стремительно подкашиваться, - Я пришёл с миром! Нет нужды враждовать!

Нечто вновь ужалило его пониже спины, прямиком в ягодицу. В гаснущем разуме успела промелькнуть мысль о том, что это выглядело довольно унизительно.

А затем сознание обволокла тьма.