Неспящие. Игра теней

- Нет у меня никаких Кротовьих штучек. Просто подсыпал ей кое-чего.

Семен хмыкнул.

- Я надеюсь, это не опасно?

- Нет, конечно! Валериана, пустырник, боярышник, ну и еще с десяток трав. Беспокоиться совершенно не о чем, лучше отнеси девушку на диван, не дай Бог, со стула свалится.

Горын, как пушинку, подхватил на руки Нину и отнес на диван, стоящий у стены. Укрыв ее своим плащом, он уже хотел вернуться к столу, но…

- Игнат… я не могу без тебя! – произнесла Нина во сне.

- Если суккуб не убьет Данковского, это сделаю я! – пообещал себе Семен, с жалостью глядя на спящую девушку.

Санкт-Петербургская база «гробовщиков».

16 сентября 2004 г. 3:11

В архиве, как водится, было темно. Лишь настольная лампа немного разгоняла сумрак.

Крот сидел в окружении книг и документов в гордом одиночестве. Поиски в Интернете не дали никаких результатов, и теперь информацию о Последней из Рода было необходимо искать в самом нелюбимом Неспящими месте – у «гробовщиков».

Эти современные дружинники, объединенные святой верой в то, что всякая нечисть должна быть уничтожена, в свое время попортили стражам немало крови, устраивая на них облавы. По счастью, в рядах «гробовщиков» были не только истовые фанатики, но и вполне здравомыслящие люди, и теперь они и Неспящие тесно сотрудничали, выполняя, по сути, общее дело. Но воспоминания об их первых встречах не давали Кроту покоя.

От не самых радужных мыслей его отвлекла двигавшаяся во мраке тень.

- Вы что-то хотели, отец Никодим?

Из мрака шагнул дородный священник, облаченный в черную рясу. Из-под густой лопатообразной бороды, покоившейся на его могучей груди, свисала толстая серебряная цепь с массивным крестом из того же металла. Отцу Никодиму было за пятьдесят, он был высок, широк в плечах и слегка полноват. В серых глазах читалось спокойствие и мудрость прожитых лет.

- Да вот, пришел узнать, не надобно ли тебе чего, сын мой, да не отвлекает ли тебя отец Павел?

- Спасибо, отец Никодим: то, что вы пустили меня поработать в вашем архиве, уже неоценимая помощь! А отец Павел мне абсолютно не мешает: стоит себе спокойно за седьмым стеллажом, да украдкой на меня посматривает.