Советник

Мертвецы восстанут? Они уже… и да, возможно, стоило умереть, чтобы понять то, что Винченцо понял.

Он с трудом разлепил веки.

Мешек.

Тот самый жрец, которого он видел… да, видел… когда добирались из лагеря. Только тогда жрец был грязным и походил на оборванца. Сейчас, пусть бы и одетый по здешней моде, он все равно выделялся. Кожа его была красна, как медь. А длинные волосы, заплетенные в косицы, черны. В косицах этих поблескивали бусины. Лоб пересекала длинная красная полоса. И по три еще украшали щеки с каждой стороны.

Смотреть было больно.

- Разум дал нам надежду. Всему миру.

- Меня?

- Вас госпожа.

Жрец смотрел на девочку… снисходительно? Пожалуй. А ведь тоже странно. Стоит, согнув спину, но этот взгляд категорически не сочетается с позой. И чему верить?

Ничему.

- Расскажи, - Ица повернулась к нему, и теперь Винченцо видел только её спину, точнее зеленый бархат наряда. Кажется, баронесса еще не отказалась от мысли облагородить дикое дитя.

Хотя кто тут дикий…

- Вы вернетесь, госпожа, - это прозвучало утверждением.

Погодите, он это серьезно?

Он собирается принести её?! Хотя чего еще от мешеков ждать.

- Нет, - спокойно ответила Ица.

- Но вы должны. Ради мира. Мир…

- Расскажи, - она щелкнула пальцами и лицо жреца дернулось. А сам он вдруг застыл. И даже дыхание его стало другим. А Ица повернулась. – Подслушивать плохо.

Это она произнесла с укором.

- Я… не нарочно. Я… я понимаю, что вы говорите.

И сейчас она обращалась на своем языке.

- Духи, - ответила Ица так, будто бы это что-то да объясняло. И добавила. – Ты прошел их дорогой. И духи тебя пропустили.

- Это был бред.

А вот говорить получалось плохо. Язык заплетался, не способный выговорить такие чужие, такие неудобные звуки. Но его поняли.

- Духи, - Ица сползла с кровати и подала руку. – Духи видят. Суть. И духи знают, кто есть кто. За каждым идут его. И твои сочли, что ты достоин жить.

Рука её была маленькой.

И теплой.

Духи? Пусть будут духи. Все объяснение. Или вот еще можно говорить о тонком мире. Кажется, кто-то там в прошлом пытался доказать, что эманации силы можно использовать для переноса информации. Вот в Винченцо и перенеслось знание чужого языка.

А что, собственный организм его был ослаблен.

И Алеф с его заклинанием.

Древняя сила. Древняя магия. И духи. Все складывается одно к одному.

- А она… - Винченцо сумел сесть.