Советник

- Это неприлично!

- Почему? – вполне искренне удивилась Ица и даже обернулась, явно опасаясь пропустить что-то по-настоящему интересное.

- Потому что неприлично! Непристойно! И… - и аргументы у Джера закончились. – Это может её… её ранить. Стыдливость.

Последнее слово он пробормотал.

А Винченцо с трудом подавил смех. Во-первых, во время купания стыдливость юной Императрицы, если таковая у нее имелась, оградили шелковой ширмой. Во-вторых, его в конце концов одели.

- Мужчина, - Ица указала на мага. Потом на Джера. На Дикаря.

– Мужчины. Женщина. Мужчины одно. Женщины другое.

Она перевела взгляд на Винченцо.

- Скажи им, что дети Неба не видят стыдного в человеческом теле. И каждый знает, как оно устроено.

Винченцо перевел.

И про себя сделал заметку. Надо будет написать. Как-нибудь… пока его не убили вместе с особо ценными знаниями по воспитанию мешеков. Но сам кивнул и добавил от себя:

- Маги тоже довольно рано начинают изучать анатомию. Это необходимо. И в теле, в созерцании тела действительно нет ничего стыдного.

До нас дошли статуи, которые изображали людей. Это не совсем статуи Древних, хотя… скульптуры как правило обнаженные.

Краснота добралась до ушей барона. И тот поерзал.

- Это маги, - буркнул Джер. – У вас все, как не у людей.

- Может, просто люди забыли, как оно… у людей? - добавил Винченцо.

Силы возвращались. Потихоньку, но не было боли, точнее та, что осталась, была далекой, и потому он мог позволить себе не обращать на нее внимания. Хотя, конечно, странно, что ноги зажили. Ни одно заклятье не способно вот так взять и…

Снова духи?

Тот странный дар, которым девочка, вне всяких сомнений, обладала? Вмешательство богов?

Главное, что он чувствовал эти ноги, и спину, и даже огонек собственной силы не погас, но сделался будто ярче.

Уже за одно это стоило бы поблагодарить. Понять бы кого еще.

- Готов? – Дикарь забрал опустевший кубок и поставил на стол. – Если нет, то мы сами как-нибудь.

- Вот еще, - Винченцо потер щеку, на которой проступила щетина, пусть редкая, но раздражающая.

– Я тоже хочу.

- В пыточную…

Осталось развести руками.

Его несли на руках, та самая пара наемников, что уже отволокла в подвалы жреца. За ними следовал Дикарь, затем– Ица, взявшая за руку жениха. И тот что-то бормотал, что ли пытаясь рассказать о здешних правилах, то ли просто высказывая свое несогласие.

В пыточной разожгли жаровню. И Винченцо порадовался, когда его усадили, пусть даже вид кресло имело… специфический. Зато стояло близко к огню.

Хорошо.