Химера. Виражи судьбы

-Вы мне не противны. Ни вы, ни... кто другой. Считайте, что я проклята и это действие проклятия. Сожалею, но вам придётся снять свой браслет.

-Это мы ещё посмотрим...- д'Эстре подошёл вплотную, поднял за подбородок голову Эви и заглянул ей в глаза. - Я вас завоюю, клянусь! Приложу все усилия для этого. Мне в моём доме не нужен враг, но и отпустить я вас не могу, Эухения....

Эви отвернулась от д'Эстре и решила промолчать. К чему вступать в спор, если её никто не слышит? Уже в который раз она вспомнила Изнор и то, что сказал Рионэль о решении Владыки Тириэля, отца Лиль.

Как тогда она была возмущена тем, что царственный эльф так запросто решил судьбу своей дочери, даже не поинтересовавшись её мнением. ЕЁ МНЕНИЕМ! И что теперь? Даже дед, и тот собирался удачно её пристроить замуж. Дед, которому она доверяла и доверилась! Что уж говорить о короле? Тот решил поступить так, как ему было выгодно. Она снова пешка в чужой игре. Может пора уже повзрослеть? Мачеха всегда утверждала, что любовь для простолюдинов, но как же больно знать, что ты лишь средство для достижения цели. Что за твоей внешностью, происхождением и положением не видят душу.

Что ей делать? Нет, не так. Что выбрать: долг, выполнение которого привяжет её к нелюбимому человеку, сделает её жизнь в какой-то степени благополучной, но без душевных порывов, без сильных чувств, всего лишь размеренное существование, скучное, учитывая её срок жизни, или жизнь полную встрясок, опасностей, тревог, но рядом с тобой будут те, кому она доверяет, полюбит и не захочет потерять? Как бы совместить первое со вторым?

Она так задумалась, что не услышала шагов за своей спиной, поэтому тихий женский голос, стал полнейшей неожиданностью.

Эви отпрыгнула в сторону тут же встав в оборонительную стойку, но увидев собеседницу, опустила руки, втянув когти.

-Будьте поласковей с ним, ему и так в жизни мало счастья выпало, - стоявшая напротив Эухении пожилая женщина, одетая в добротное темное платье и чепец, украшенный кружевом, только покачала головой, видя Эвину реакцию.

Она подслеповато щурилась, пытаясь разглядеть стоящую у окна Эви, но солнечный свет, льющийся из-за спины Эухении не давал ей это сделать.

-Меня зовут Зарина. Я кормилица Даника. А вы, стало быть, наша новая госпожа. Молоденькая совсем, поди. А Даник ничего не показал, не рассказал - сразу раскомандовался? Весь в папашу своего. Старый герцог тоже не терпел, когда не по его выходило, а уж герцогиня любила его выводить из себя.