Гоблин с Мечом и Магией 2

— Кати с самого детства воспитана человеком, как человек. То есть наши обычаи для неё варварские, несмотря на то, что она гнолл. И спросить про них она стесняется, — начал Вожак издалека. — Спрятанный, никому не показываемый хвост означает полную отдачу себя в руки избранника. А она сейчас одела людскую юбку без прорези для хвоста. Типа скрыла его. В общем, если прямо по нашим обычаям, устаревшим уже, то девчонка предложила себя в рабыни кому-то из нас. Но это, как понимаешь, вообще ничего не значит. Традиции, как я говорил, устарели ещё при моём отце.

Да и не знала девочка, что предлагает, одев эту дурацкую юбку, — закончил он тоном заботливой наседки.

— Не означает, так не означает, — сказал я задумчиво. — Ладно, пошли, — и махнул гноллу рукой. — Заглянем к Мири и узнаем про арбалеты. Заодно поговорим с гномами, в связи с изменившимися обстоятельствами, — добавил я многообещающе, а после жестом отмел любые возражения Вожака.

Он просто не в курсе, что теперь ситуация сильно изменилась.

Глава 3

Глава 3

На нашу удачу, Мири оказалась дома. Отсыпалась после жёсткой работы. На кураже потратила всю ману, умудрившись создать аж шесть отличных артефакта. Так что расспросы об её творениях пришлось отложить. Зато дриада легко согласилась попросить для Кати арбалет. Пусть, при этом отчаянно зевала.

Закончив зевать, она уже бодрее добавила, что для этого ей нужно возвращаться к Хижине Ведьмы. Потому что ближайшее живое древо уже истощено. И главное, это создание требовало от самой заклинательницы очень много духовной энергии.

А там в родных местах она восполнит потерю духа.

— …Иначе никак. А-аа! — пошла она зевать на очередной круг. — Душу восполнит не просто.

Поняв, что разговаривать с нею сейчас бесполезно, девушка и правда выглядела измождённой. Мы оставили её отсыпаться, а сами пошли к гномам.

***

— Вам больше нет хода. Договор исполнен, гнолл, — надменно встретил нас у запертых ворот Гурин Олафссон.

Только сейчас он выглядел иначе, чем полтора часа назад.

Не мастер-кузнец в потёртом, но всё крепком фартуке и грубой одежде, но старейшина гномов в бархате и золоте.

— Договор заключен, гном. Но… — спокойно ответил, а после замолчал с намёком.

Гурин Олафссон остался невозмутим. Сложив руки на груди, он давил меня взглядом. Позади него застыли два гнома в железных кирасах, большерогих шлемах и с двуручными полностью металлическими молотами.

— Но, — повторил я. — Договор нарушен.