Охота на Бога

Когда Рей закончил, повисла короткая тишина, которую прервал внезапный крик с толпы:

- Двадцать харсов!

После этого всё будто взорвалось, народ с истошными воплями выкрикивал всё большую цену, воины еле сдерживали нарушителей, пытавшихся подобраться поближе, дабы взглянуть на диковинку.

- Тридцать харсов!

- Пятьдесят!

Но все разом словно по приказу смолкли, когда послышался звонкий голос:

- ДВЕСТИ ХАРСОВ!

Все как один повернулись в сторону голоса. Кричавшим оказался красный скорпион в пурпурных одеждах, окруженный несколькими здоровыми телохранителями.

Никто не посмел больше повышать цену и ведущий провозгласил:

- Продано за двести харсов, господину настоятелю святого храма!

Воины взяли Рея под руки и потащили с насыпи вниз, к его новому хозяину. Парень даже не знал, радоваться ему за такую большую цену за себя или же опасаться грядущего. Но выходов к спасению сейчас у него всё равно нет, так что придется послушно плыть по течению. Когда его доставили к покупателю, один из телохранителей передал воинам увесистый мешок с монетами и те удалились восвояси.

Скорпион, закутанный в пурпурные ткани, заинтересованно осматривал Рея своими зелеными глазами, будто необычную вещицу, а после сказал:

- Пожалуй, для начала перейдем в более тихое место — он поднял руку и двинулся к выходу из площади. Двое телохранителей расчищали путь впереди, а остальные два вели Рея сзади.

Покинув шумную толпу, которая помаленьку начала расходиться из-за окончания торгов, группа направилась к стоявшим неподалеку носилкам с двумя сидениями и с длинными жердями по бокам.

Хозяин уселся на одно из кресел и указал на второе, приглашая Рея сесть напротив. Вариант находиться настолько близко к его страшной роже не сильно симпатизировала юноше, но с другой стороны это вряд-ли было просто вежливое предложение. Он послушно сел, затем четверо телохранителей взялись за жерди носилок и с легкостью подняли их, словно перышко. Рей чувствовал себя правителем, которого несли ко дворцу, глядя сверху-вниз на подданных бредших под ним.

Прохожие с любопытством поглядывали на раба, восседавшего на носилках наравне с настоятелем храма. Единственное отличие это всё еще связанные руки, которые уже начинали побаливать. Особенно пристально вглядывались всадники на ящерах, будучи в седле на одном уровне глаз с Реем. Их хвосты за спиной угрожающе покачивались в такт их движениям и парень не раз опасался, как бы одна из них случайно, или специально, не задела его.