Куница Том 1

А почему бы не откусить кусочек от ноги вон того парня, вдруг вкусно? Почему бы не поджарить на магическом огне своего друга, ну чисто по приколу? Медитации и упражнения по самоконтролю были для боевиков обязательными, и даже при этом сам Куница не раз выходил на охоту, вылавливая и уничтожая бывших напарников, поехавших крышей.

Однако вот результат его жизни. Поражение, плен и медленная смерть. Враги не из-за изощрённой жестокости посадили его в эту клетку. О нет! Куница, как и его напарники, оставил для возможного палача пару смертельных сюрпризов.

Посмертные проклятия — пакостная дрянь. Снимать — долго и муторно. У Куницы такое тоже было, не могло не быть.

Но его оставили замерзать. Не подарили милосердной быстрой смерти. И тем самым дали последний шанс. Призрачный шанс на вторую попытку.

Наконец, рисунок был закончен. Какое же счастье, что в камеру никто не приходил, никто не наблюдал за заключённым. Это не глупость и не наивность, нет. Тюрьма надёжна. Стены — метр бетона и стали, обильно сдобренные защитой и барьерами.

Магическая сила покинула это проклятое место. Собственные силы чахнут без еды и воды, да ещё и уходят из-за холода. Даже подпитка с других планов не работает, её-то как раз заблокировать несложно, что с ним и сделали перед заключением.

Дмитрий сел в позу концентрации.

— Сорок лет... Нет, сорок три. Если получится... Если...

Куница вздохнул. Посмотрел на посиневшие руки. Провёл высохшим языком по обкусанным губам. Закрыл глаза. Жизненная сила на исходе, магии как практически не было с момента заключения, так и не прибавилось.

— Ну что, дедушка, старый ты хитрожопый пень! Проверим, правильно ты всё сделал или нет?

Куница потянулся к нанесённой печати, ещё не зная, как будет её активировать. Но в следующий же миг его тело скрутило судорогой. Жизненная энергия иссякла, измученное тело дало о себе знать, все барьеры, ограждающие разум от боли, слетели. Куницу накрыло мучительной агонией, но, к счастью, недолгой. Проданная в залог жизнь покинула плоть.

Тридцатилетний мужчина на глазах старел, превращаясь в высушенную мумию. И Дмитрий чувствовал, как сгорает его тело. Чувствовал всё.

Чтобы в какой-то момент вздрогнуть от лёгкого холода и растерянно открыть глаза. А затем закашляться, будто забыл, как дышать, и несколько секунд лежал без доступа воздуха. Присел, утерев слюни. Ещё раз растерянно огляделся, совершенно не помня обстановки. Сосредоточил взгляд на мужчину, стоявшем за пределами ритуального круга.