Хвостатый маг 4: у трона

И я не в обиде буду, совсем нет! Сколько она уже сделала, ей памятник нужно ставить. Ей и родители запрещают сюда ходить. Они ведь всегда были против Гены – слишком мы простые для них. Лена-то из какой семьи, знаешь? Там бизнес, там деньги, а она вот с Геной столько лет. Раньше еще ладно, а теперь зря она… Я тоже гоню ее отсюда, а она никак. Люблю, говорит. Даже такого, как сейчас, люблю.

– Кто бы мог подумать, – пробормотал я. Вот уж точно не знаешь, где найдешь истинную любовь. А я-то всегда считал Ленку пустой избалованной красоткой, которая только о себе думала и всего лишь позволяла Генке себя любить.

– Оксана Георгиевна! – раздался голос Лены из коридора. – Я побежала, дома ждут! – она заглянула на кухню. – Тим, пока! Приходи еще, увидимся! – она послала мне воздушный поцелуй и выскочила в коридор. Генкина мама пошла ее провожать. А на кухню зашла Наташа. Тихонько села на свободный стул.

– Ну, как? – задала она глупый вопрос.

– Никак, – ответил я. – Я посмотрел его. Тут он обречен.

И я ничего не смогу сделать, даже немного поправить не смогу. Такое глубокое поражение мозга, странно, что он дышит и хоть что-то слышит.

– А в том мире ты сможешь что-то сделать?

– Не знаю, – задумался я. – С таким я еще не сталкивался. Но в любом случае, хуже я ему уже не сделаю. Только вот как уговорить Оксану Георгиевну?

– Думаешь, она будет против?

– Вот сейчас и проверим, – обернулся я на женщину, входящую на кухню.

– О чем говорите, молодежь? – она грустно улыбнулась нам, а я поразился ее выдержке: как вообще можно улыбаться, когда у тебя дома настолько больной человек? Впрочем, это ведь дело привычки, наверное.

– Оксана Георгиевна, у меня к вам важный разговор, – сразу же начал я. Время поджимало – за окном темнело, а нам еще ехать далеко за город. Если, конечно, мы получим согласие хозяйки дома. – Я хочу попробовать вылечить Генку.

– Я этого тоже хочу, – вздохнула Оксана Георгиевна, наливая себе чай. Никакой реакции на мои слова.

Но это и понятно – в данной ситуации мое предложение звучало бессмыслицей.

– Вы не поняли. Я не просто хочу, я это сделаю. Я знаю как, – я увидел, что она насторожилась. В ее глазах не было ни капли веры, она просто решила, что я пытаюсь ее успокоить. Я не знал, как ее убедить. – Поверьте мне, пожалуйста, Генку можно вылечить. Но для этого я должен его забрать отсюда.

– И речи быть не может, – фыркнула она. – Его реакция на раздражители непредсказуема.