Самая Древняя Сила

– Гром-порошок будет, гринх-пиратинх его!

- План такой, - продолжил Голаф, - взорвать восточную стену вместе с воротами и сторожевыми башнями. Подкрасться ночью и взорвать. Уж это я смогу, - опустив покрасневшие глаза, он кивнул головой. – Смогу ради Аниты.

- Стену снесет, какая б не была, если весь порошок под нее, - веселея от вина, заверил Холиг.

- Без стены будет проще, - Голаф сунул в рот кусок лепешки и, жуя, продолжил: - Я сам уберу из лука их стрелков. Дальше, может, и твое волшебство сгодится, мэги Пэй.

Мы ворвемся в святилище и освободим пленниц. Но лучше не спешить, дождаться людей Греда. Тем более, и порошка еще толком нет.

- Офренеть, какой глупый план! – рассмеялась Астра. – Прямо вторая Кардорская война. Взрывающийся порошок – наше тайное оружие против этого гринха ползучего - Аасфира. Неизвестно еще, сработает ли оно, но тратить его раньше времени нельзя.

- Забудь ты о своем Аасфире. Я должен спасти сестру! А она уже там, в проклятом храме!

- Не шуми, Голаф, - мэги махнула на него рукой.

– У меня есть план получше: без порошка и ударов головами об стенку. В святилище со стороны моря ведет туннель, заполненный наполовину водой. Амфитриты помогут нам проплыть через него. Вот и все – сразу в храме мы будем. А дальше - как повезет. Если сможем освободить пленниц, то выведем их тем же ходом.

- Тебе это Коралисс доложил? – Брис вытер руки об недоеденную лепешку и встал.

- Ну не Давпер же.

- Тайный ход – это хорошее известие. Очень хорошее. Если действительно так, то это многое меняет, - рейнджер поворошил палкой угли в костре, вспыхнувший жарче огонь заплясал рыжими бликами на его лице и стенах пещеры.

– Бернат, а налей-ка мне своего рохесского.

- Это вот с радостью, господин Брис. С огромнейшей радостью! Вино – такая штука, что очень помогает размышлению, - эклектик вскочил и щедро плеснул в пустую чашку. – И много в нем мудрых мыслей плавает.

- Уж помню. Особенно после нашей попойки в Ланерии, - отпивая маленькими глотками, Голаф скосил глаза на мастера Холига, потом повернулся к Астре.

– Госпожа Пэй, может, не будем ссориться? М-м? – осушив чашу и отставив ее, он подошел к мэги.

- Вот! – торжествуя, сказал Бернат, подняв палец. – Вот и пришла твоя мудрость!

- Помнишь, тогда с трупником? – опустившись на колено у трона, рейнджер взял ее руку. – Тогда ты очень помогла мне, хотя я и много ворчал, что ты влезла не в свое дело.

- И ты мне с тех пор должен сорок сальдов. Я не злопамятная, Голаф.