Самая Древняя Сила

Втроем они, беззвучно рассекая волны, направились вдоль берега к окончанию мыса.

- Удачи вам! Удачи! – выдохнул Бернат, оставшийся один на берегу.

Коралисс и Волоб, подхватив мэги под руки, поспешили вдогонку за морскими девами.

Вход в туннель находился за маленькой деревянной пристанью, прижатой к щербатой скале. Отсюда же виднелась черная, тускло блестящая дорога, ведущая от моря к Змеиным воротам, и часть храмовой стены, освещенной беспокойными языками факелов. Астра представила, что если даже туннель идет совсем прямо, то до святилища Абопа будет около лиги.

- Не беспокойся, - сказал Коралисс, распознав ее опасения. – Там есть полости с воздухом.

- И магия нам поможет, - добавил Волоб, задрав голову и поглядывая на крупные звезды. – Магия Воды. Или ты думаешь, что я беспомощный, ни на что не годный старикашка?

- Ну, что вы, почтеннейший, я за Голафа волнуюсь. Мало ли, что с ним Бирессиа сотворит в укромной пещерке да в темноте. Давай, Коралисс, я готова! – Астра трижды глубоко вдохнула и схватилась за плечи амфитриона.

Коралисс немедля нырнул, увлекая ее за собой к зеву подводной пещеры. Волоб несколькими мощными движениями настиг их и дальше шел впереди, определяя кратчайший путь по звукам, иногда на ощупь.

До первой полости они добрались быстро. Мэги даже не сразу поняла, что они поднялись на поверхность. Вокруг было совершенно темно. Воздух казался таким же черным, густым, как вода, припахивал сладковатой гнилью.

- Как в желудке у Аасфира, - прошептала Астра, трогая скользкие стены.

- Эриса Добрейшая! Не говори так! – Коралисс прижался к ней, вслушиваясь в тихий шум прилива за спиной.

- Не дрейфь, моя рыбка, - Астра обвила шею амфитриона и, минуту помедлив, поцеловала его в губы.

- Наши девицы уже добрались, - сообщил Волоб, различив на дальнем конце хода шепот Ламирии и кашель рейнджера, наглотавшегося воды.

- Давай, Коралисс! – набрав полную грудь воздуха, Астра подтолкнула амфитриона.

Следующая полость тоже была недалеко, но последний участок пути, который оказался намного длиннее других, стал для мэги испытанием похуже Архоровой пытки.

Вода сочилась в рот через ноздри, горло свело судорогой, и колокол словно звучал в голове, громыхая протяжной болью. Амфитрион все плыл и плыл, унося скорчившееся тело Астры по бесконечному ходу, дальше, сквозь тяжелую толщу воды.

Когда они вынырнули, Астра, вцепившись в край каменного ограждения, тряслась несколько минут, с хрипом хватая воздух, едва сдерживая резкие позывы рвоты.