Самая Древняя Сила

Огненный заслон получился на редкость мощным, полыхавшим до каменных брусьев свода. Неудачливый копейщик корчился в языках пламени, пока кто-то не вытащил его крючковатой палкой. Нечто зловещее шипели жрецы, став за огненным пологом в круг и скрестив посохи. Сначала в воздухе зазвенели пущенные наугад стрелы, а чуть позже, когда рейнджер начал пятиться к выходу, Астра почувствовала магию, чужую, неведомую, будто тени, похожие на серые бесплотные ленты, поползли вокруг. От их прикосновения тело немело, и пробирал ужас.

Тени-ленты все ползли из-за толстых багровых колонн, со стороны украшенной изображениями нагов арки, даже через стену затухавшего огня. Трепещущие, словно змеиные жала, они касались то рук, то ног, проникали под одежду, и тогда воздух в груди становился каменным.

- Змея! – прохрипел Голаф и, подняв меч, неуклюже двинулся к мэги.

- Ты… ты сума сошел! – Астра едва успела уклониться от удара клинка. Ее одеревеневшее, будто покрытое толстой коркой льда тело, едва слушалось.

– Это я, Голаф! Это я! – вскричала она, ощущая, как серое волшебство, насланное жрецами, все сильнее захватывает ее саму: лицо рейнджера превращалось в желтозубый оскал морка. – Голаф! Это я! – повторила она и, собрав гаснувшую от страха волю, шагнула к франкийцу, обняв его, прижавшись грудью.

Мутно-ледяные глаза Бриса, будто оттаяли. Отгоняя видение, он тряхнул головой.

- Бежим! Шевелись! – Астра толкнула его к выходу. Стена огня затухала. Вокруг по-прежнему метались ленты неведомого колдовства.

Храмовые стражи, подняв копья, были готовы переступить сдерживавший их рубеж.

Брис оглянулся на либийцев, столпившихся у взломанных дверей, и побежал за Астрой. Едва он достиг арки с фигурами нагов, как пламя позади погасло. Слуги Абопа, издав вопль торжества, бросились вдогонку. Воины, вооруженные луками, пустили стрелы, и Голаф, замычав глухо от боли, повалился наземь. Одна из стрел пробила ему бедро, вторая глубоко распорола плечо.

- Вставай, милый! Ну! – Астра схватила его липкую от крови ладонь, мысли неслись вихрем.

На новый фаерволл, достаточно мощный, чтобы задержать врагов, не было сил.

- Алко-ода-фог-спелл! – бросила она, с кончиков пальцев потекли ядовито-желтые струи. Все пространство между колонн накрыло густое удушливое облако. Копейщики, почти достигшие арки, рухнули на пол, потирая слезящиеся глаза и давясь кашлем.

Рейнджер, поскрипывая от боли зубами, потянулся за луком.