Самая Древняя Сила

У дальней стены, боязливо поджав голые ноги, сидели три девушки.

- Анита… Где искать Аниту? – нахмурившись, Брис разглядывал их худые лица.

Одна мотнула головой и, увидев Астру за спиной незнакомца, немного осмелела:

- Всего ради, не троньте нас, - прошептала она.

- Мы не из шайки Пери и не служим храму. Вам нечего бояться, - обходя Голафа, мэги переступила порог. – Так не видели Аниту?

- Нет же. Она никогда не была с ними, - с чуть скрытым раздражением ответила смуглая черноволосая девушка в разорванной тунике.

- Бернат, помоги им выбраться отсюда. Отведи лучше в пещеру, - рейнджер направился к следующей двери. Она оказалась открыта. За ней находилось два ложа, прикрытых старой вонючей шерстью, и разбросанные на полу миски. Следующие комнаты так же оказались темны и пусты.

- Не бойтесь, - повторила Астра, все еще не верившим в освобождение пленницам Абопа. – Ступайте отсюда. Идите скорее за мастером Холигом. Он проведет вас в безопасное место.

- Госпожа Пэй, не благоразумней ли дождаться вас здесь? – эклектик прислонился к притолоке двери и смял с хрустом бороду.

– Мало ли кого мы встретим…

- Никого, кроме мертвых и едва живых от страха жрецов. Если поспешите, - уверенно сказал рейнджер. – А станете тянуть – встретите людей Давпера.

Упоминание недоброго имени Хивса сразу расшевелило недавних невольниц. В полной готовности к бегству, они выскочили из комнаты и столпились перед Бернатом. Только эклектик с сомнением почесывал всклокоченную бороду, пока Голаф не сказал ему:

- Возьми, если думаешь, что эта штука поможет, - он скинул с плеча лук, отстегнул колчан с четырьмя оставшимися стрелами.

Миг помедлив, вытащил из сапога небольшой острый нож и протянул девушке в порванной зеленой тунике: - И ты возьми. Вижу, смелая самая.

- Я буду по пути молиться за вас, - пробормотал Бернат. – Только возвращайтесь скорее!

Голаф и Астра почти бегом обошли пустые залы вокруг. На этом ярусе не было никого, кроме двух крупных дымчато-серых кошек.

Ближе к спуску в подземелье рейнджер натолкнулся на стражника шевелившегося в луже собственной крови, а у самой лестницы ждало еще менее приятное зрелище. Между звероподобными изваяниями и на ступенях лежало десятка полтора либийцев, посеченных мечами. У некоторых немногим выше незащищенного нагрудником места торчал арбалетный болт, и Голаф, все более мрачнея, оценил мастерский почерк стрелка, служившего пиратам.