Цвет прошлого

Но, что поделаешь, если меня начинает колотить от одной мысли о том, чтобы стать Лордом...

Тусклое пламя яростно бьется в светильниках, висящих под потолком, наполняя фехтовальный зал желтоватым, маслянистым светом. Пот заливает глаза, ноги подгибаются против воли. Больше всего на свете мне хочется сбежать отсюда на волю, в парк, туда, где я стану свободным. Шпага противника легко обходит мою защиту, даже не утруждаясь поиском дыр в ней, с силой бьет в живот. Ложь, что укол тупым концом незаметен, синяки от него остаются надолго.

Роняя шпагу, я падаю на колени, жадно хватая ртом воздух. Продержаться две минуты против отца не шутки, раньше, в самом начале занятий, едва получалось больше половины.

- Вставай! - хватает меня за шиворот сильная рука. - Вставай, кому говорю!

- Нет, не могу больше. Оставь меня! Зачем мне это нужно?

- Если ты станешь Лордом, то должен будешь уметь все. А теперь поднимайся, щенок, и не заставляй меня повторять дважды, иначе будешь наказан! 

Пламя в светильниках дрожит, насмехаясь над упрямым мальчишкой.

Прогнав неприятные воспоминания, я направился обратно к лагерю. Касание руки освободило сторожевую нить, не оправдавшую надежд, и она быстро рассеялась, превратившись в чуть заметную полосу зеленого. Фиори все еще спала, доверчиво улыбаясь во сне. Будить ее не хотелось, но солнце должно было взойти с минуты на минуту.

- Фио, просыпайся, - осторожно дотронулся я до ее плеча.

Девочка неохотно приоткрыла глаза, в которых затаилась тревога, но при виде меня, она тут же успокоилась.

- Просыпайся, - терпеливо повторил я. - Скоро рассвет, ты сама просила разбудить тебя заранее.

Благодарно кивнув, Фиори вскочила, сонно вертя головой по сторонам. Я показал ей, где ручеек, и девочка, едва не запутавшись в плаще, побрела к нему.

- Заодно приведи Огонька,- крикнул я ей вдогонку, впрочем, ничуть не сомневаясь, что умный конь сам догадается, что пора возвращаться.

Довольно забавная причуда девочки веселила меня. Как по мне, ничего особого в рассветах не было. Да, Подлинные цвета в этот краткий миг играли красками, переливаясь и звуча намного ярче и громче. Но за двадцать с лишним лет я давно привык к этому. Другое дело Фиори. Судя по всему, большую часть времени она проводила в комнатах, подобных той, в которой мы ее нашли. Ни одного окна, лишь одна наглухо запертая дверь и ни единой щелочки наружу.