Схрон. Дневник выживальщика. Книга 7. Underground

Он стартанул по баллистической траектории, дрыгая ногами и пшикая из своего дурацкого баллончика, аки космический корабль маневровыми двигателями. Хуякс! Пульк! Смачно чавкнуло через секунду на дне канавы.

– Спасибонама, Саща, – сказал Фарид, когда мы удалились дворами и скверами от опасного места.

– Это тебе, спасибо, Фарид! – Я пожал пухлую ладошку и собрался идти в Схрон.

– Паташти, – бригадир залез за пазуху и достал потертый лопатник.

Он раскрыл его и начал отсчитывать из жирной пачки пятисячные купюры.

– Пиять… десить… питнасть… ещбельме… дваццодть! Держи, тафай! Завтро придещенома на стройка?

– Завтра? – удивился я. – А это будет безопасно?

– Канэщин! Этот пиздэс знаешь из-за чево случился, сука-билят?

– Из-за чего? – просил я, пряча купюры в тактический карман.

– Мнэ исэмеск тольк што прищел. Брат сказал, весь кипищь из-за таво щто Медведев-шмедведев сиводня приедет, щайтанама. А завтранама он пхаедит абратнама. Понял, э?

– Понятно.

– Так щито прихади! Работать зафтра многа-многа!

– Обязательно, – пообещал я.

***

Но, естественно, я не пришел на стройку ни завтра, ни в последующие дни. Ну, уж нафиг такое палево. Едва ведь не оказался в цепких когтях закона. Зато теперь я крался по заброшенным окраинам ночного Питера, словно первобытный варвар. Такой же свободный, как был всегда, яростный в своем естестве и адски голодный.

Глава 7

Хриплое, с отвратными пробулькиваниями рычание выдернуло меня из карусели воспоминаний в грозное и безрадостное настоящее.

Впрочем, почему безрадостное? Я бросил окурок и резко выпрямился, пронзая стылую темень взором ярости. Суровая усмешка осветила мой притаившийся под капюшоном и в тоже время отважный фейс. Серые тени в количестве шести штук крались среди куч мусора, сверкая голодными глазами, алчно подвывая и сужая круг захвата.

Вперед выступила адски безобразная псина. Оскаленная морда в шрамах, на левом глазу мутное бельмо, шерсть топорщится на загривке, как у гиены, а с клыков капает горячая слюна.

Да, блять, собака Баскервилей по сравнению с этой тварью просто милый щенок. Можно даже подумать, что дело происходит в постъядерном хорроре, а не на окраинах Питера.

– Пшли нахуй! – громко пшикнул я и топнул ногой.

Остальные шавки отпрыгнули на пару метров, но главный монстр только припал к земле, злобно поджимая обрывки ушей.

– РРРРРР! РРРРРРРГАВ!

Крупная, сука. И, наверняка, бешеная.