Смертный бой. Триколор против свастики

И сейчас веселье в районе Хабаровска стоит такое, что мама не горюй. Если внимательно подумать над недоговорками, наверху уже на полном серьезе рассматривали необходимость профилактического применения ядерных аргументов. Хотя это вряд ли. Скорее всего, закончится чем-то вроде Халхин-Гола – разве что масштабы побольше. Учитывая, что китайские погранцы перед своим интернированием успели навешать Императорской Армии люлей – запала у самураев надолго не хватит. Да и «папы» у нас наверняка еще есть.

На западе Вермахт окончательно встал.

Судя по всему, в их войсках начала с пожарной скоростью распространяться эпидемия гриппа. Плюс переброшенные на помощь белорусам войска вступили в бой.

Видимо, для поднятия настроения и морального духа населения по радио даже допрос какого-то пленного прокрутили, одного из выживших после применения «Смерчей» в районе Гродно. Молодой парень (что было отлично слышно по голосу) едва ли не заикался.

Неудивительно. Говорят, после «катюш» люди с ума сходили, а тут…

– Санек! Сча комроты подтянется, он транспорт выбил.

– Ништяки. Только это, Леш, я сейчас уже не Санек, а товарищ сержант, помнишь?

– Так точно, товарищ сержант!

Интересно, что это будет. «Шишига» или что-нибудь вроде… «Газели», мать ее за ногу. Офигеть. «Рота едет на „Газелях“, роте теперь по фигу». Мда. Надеюсь, что хоть к фронту мы не на этом попрем.

– Любцов!

– Товарищ капитан! – вытягиваюсь в струнку. Надо же, не забыл еще.

– Чего так на транспорт смотришь? – комроты у нас мужик нормальный, успел я это понять за недолгие часы полета и ожидания.

Тем более что кроме него офицеров больше не было. Было семь сержантов и один бывший прапорщик. Ничего, прорвемся.

– Да вот, товарищ капитан, надеюсь, что не придется на этом к месту боевых действий ехать.

– Не боись, сержант, это только до складов. Там оружие выдадут, бэтээры и даже БМП. Просто не ждали нас так скоро, вот там и выписывают теперь кучу бумажек.

А не пешкодралом же вам через весь город переть.

– Понял, товарищ капитан.

Пока десяток маршруток с бывшими-будущими солдатами внутри ехал к месту получения оружия, попытался посмотреть город. Ясное дело, ничего особого из окна не увидишь, но то, что здесь война уже чувствуется, было очевидно. И в лицах людей, и в блокпостах, и в многочисленных патрулях…

– Сделай погромче, давай-давай, – чей-то голос отвлек меня от грустных размышлений.