Смертный бой. Триколор против свастики

Шли какие-то старичеллы в мундирах под красно-бело-красными знаменами и орали:

Die Stra?e frei Den braunen Bataillonen,

Die Stra?e frei Dem Sturmabteilungsmann!

Es schauhn aufs Hakenkreuz Voll Hoffnung schon Millionen

Der Tag f?r Freiheit Und f?r Brot bricht an.

Фил тут же начал щелкать своим фотиком, а я машинально снял с предохранителя свой «калаш».

Бойцы наши отреагировали так же. В смысле, «передернули затворы».

Передние ряды демонстрантов внезапно остановились. Задние продолжали напирать, не сразу сообразив – что происходит.

И песня медленно затихла. На площади воцарилось молчание. Гражданские куда-то внезапно рассосались.

«Сейчас прольется чья-то кровь…» – мелькнула у меня в голове какая-то цитата из какого-то фильма.

И тут Фил внезапно заорал:

– «Расцветали яблони и груши. Поплыли туманы над рекой. Выходила на берег Катюша, на высокий берег, на крутой…»

И, закинув на спину автомат, пошел навстречу старым эстонским придуркам, продолжая щелкать своей «фаллической дурой».

На какой-то миг мне показалось, что вся площадь, весь город, да что там, весь мир – просто вымерли все.

И что-то тут и меня подкинуло, и я пошел вслед за Филом:

Пусть фриц помнит русскую «катюшу»,

Пусть услышит, как она поет!

Из врагов вытряхивает души,

А своим отвагу придает!

Этот куплет мне дед пел. Его нет в официальной версии. А вот у меня есть.

Внезапно за спиной загрохотал КПВТ. Очередь прошла поверх голов нацистских ветеранов, выбивая кирпичную пыль из старинных домов Таллина.

А потом бойцы наши вдруг заорали «УРА-А-А-А!!!» и бросились на эсэсовских стариков. Впереди бежал наш мехвод Лешка Глушков с тем самым красным знаменем. И вот честное слово даю. Никто не хотел инвалидов фашистских бить прикладами. Русские солдаты – люди добродушные и отходчивые. Мы их просто попугать хотели. Мы же не рассчитывали, что половина бывших вояк из двадцатой гренадерской дивизии СС страдает на старости лет недержанием кишечника? Ну, парочка еще копыта откинула от инфаркта.

И никого мы танками не давили. Танки и прочие БМП в город не вошли. Больно надо еще на них моторесурс тратить…

– Мехвод! – крикнул Глушкову довольно хохочущий Фил. – А ты почему свою лошадку бросил?

Тот тем временем сунул свой красный флаг наиболее гордому эсэсовцу и заставил его маршировать по площади, распевая гимн Советского Союза. «Союз нерушимый республик свободных…» От страха у эстонца даже акцент пропал.