Мир узлов. Том 11.

Что же отличало его при этом?

Он пробовал на вкус кровь каждой жертвы, забирал ядро и бросал зачастую более ценные материалы. Это не поведение отличника.

Хотя да, собрать ту же шкуру огненной игуаны, что стоит в пятьдесят раз дороже медного ядра, дольше в сотню раз.

Я подумал и выпустил на него случайного Серебряного монстра с горы Архистаха.

Это был небольшой снежник. Существо гуманоидного типа изо льда, относящееся к самым жестоким и известным видам. Я в академии о таких читал.

Отличник тоже.

Он вскинул руку:

– Багровое лезвие! – ЖУ не активировалось.

Да, парень попробовал применить магию, к которой слаб противник.

Но скорость активации и полёта самого заклинания были весьма низкими.

Серебряный снежник не бездействовал, он быстро сократил дистанцию, выбил ножны, из которых Лука Вол пытался достать меч и собирался нанести первую рану в плечо противника.

*Пуш!*

Снежник взорвался.

Это была не магия и не применение ЖУ.

Иномирец применил нечто иное.

– Хе, теперь понятно, почему к тебе подобное внимание, – произнёс я, выходя из-за дерева.

– Шан? Нет, ты им не можешь быть. Кузаран! – почти не удивился Лука Вол внешности одной из своих жертв и произнёс нечто на неизвестном мне языке.

Ко мне полетела россыпь оранжевых искр стихии разума и попробовала скопировать мою память.

Совершенно незнакомая мне формула и структура, но известное действие.

– Как я и думал. Скопировать память души иномирца, в отличие от тела, практически невозможно. Данное твоё действие отключило запись на мозг тела.

– Кто ты такой? – спросил юноша, пока в его руке готовилось нечто весьма мощное.

– Я? Проходивший мимо учёный. Если твоей собственной памятью всё ясно, остаётся непонятным влияние на разум окружения, а так же твой собственный навык. Из какого ты мира? – произнёс я.

– Лужеро! – в мою сторону ударил сноп оранжевых искр с примесью разных красных оттенков.

– Пятая Ступень по эффекту, но такая низкая трата энергии, – пробормотал я, вытирая каплю крови, появившуюся из носа, – нет, ошибся, Шестая, но на самой нижней границе.

– Как ты пережил смертельную магию? – произнёс Лука Вол, не проявляя и тени усталости.

– Я первым задал вопрос.

– Фирусо Лужеро!

Если от первого приёма мне уворачиваться не хотелось, то вот этот приём был куда опаснее. Я интуитивно вскинул руку, и от неё отделилась сфера хаоса, что заперла магическую энергию сочных оттенков красного.