Наследство Братства Сумерек

Ты всё-таки покинул острог — всего-то и понадобилось, что несчастного мамонта призвать — со мной встретился, поговорить вот согласился… Можно было даже интриги не разводить и через дружка твоего не заманивать… Ну разве не здорово?

— Здорово, — ответил я сухо.

В голове прокручивались тысячи вариантов спасения, но ничего толкового придумать не получалось. Демон обыграл меня по всем статьям.

— А раз так, то давай заканчивать. Пора возвращать украденное! — сказал он с мрачным торжеством и одним движением разорвал на мне куртку, оголив торс.

Сразу стала видна самая первая руна огня у меня на солнечном сплетении, мёртвая татуировка запирающей способности печати и… отчётливо видная спираль Ключа.

— Вот он ты, родной. Сколько же за тобой пришлось побегать!— Как-то даже простонал демон и наложил ладони мне на бок.

  Спираль отозвалась болью и неприятной резью, намекая, что дальше будет только хуже. А хуже я не люблю. И так уже в полной заднице, дальше некуда! Поэтому я перехватил запястья уже списавшего меня в расход врага и… пробудил кислотный аркан.

Столь много мы с Салином связывали с освобождением способностей геометра, а применять их буду впервые. Даже странно!

Ладони стремительно потеплели, отдавая энергию. Опытный геометр-практик на моём месте наверняка смог бы гораздо больше, но я же был способен атаковать силой печати лишь в лоб. Из-под пальцев тут же повалил дым, зашипела распадающаяся под действием кислоты плоть, и обезумевший от боли демон принялся вырываться из моей хватки.

Впрочем, надолго меня не хватило, и он освободился. 

— Р-рра-аа!!! — продолжал вопить он, прижимая сожжёную до кости руку к груди.

Вряд ли после такого моя смерть была бы лёгкой, но судьба вновь решила сделать крутой разворот. В нашу беседу вмешалась третья сторона, и началась стрельба.

Первым выстрелом стрелок попал демону в голову, от чего та взорвалась, точно гнилой арбуз. Вторым же вогнал пулю в спину в районе груди, да так удачно, что в туловище на месте сердца образовалась сквозная дыра в кулак размером.

Тело бывшего "ночного" завалилось на спину, а вслед за ним рухнул и жандарм. Марионетка не пережила гибели хозяина.

— Чтоб я сдох! — выдохнул я, вытаращив на всё это глаза и не обращая внимания даже на забрызгавшую меня с ног до головы кровь.

События развивались чересчур стремительно. Наконец, кое-как справившись со ступором, я принялся выбираться из-под тела жандарма.