Чёрные начала. Том 10.

Стрекоза радостно застрекотала, и её иллюзорная внешность показала улыбку на лице. Она начала показывать руками, чтобы я раздевался.

— И ты туда же… — пробормотал я недовольно.

Она застрекотала весело, показывая «давай-давай, раздевайся».

— Ладно, чёрт с тобой.

И таким нехитрым образом я лишился ханьфу и штанов, а дальше уже настала очередь Стрекозы раздеваться. Правда, ей ничего снимать с себя не пришлось, так как одежда на ней просто… растворялась. Я предположил, что Стрекоза даже не проецирует напрямую мне свою внешность, скорее испускает ауру, из-за которой я вижу то, что сам хочу видеть.

А я вижу классные сиськи, хочу заметить…

— Один-два в твою пользу, — усмехнулся я. — Хочешь отыграться?

Она лишь закивала с азартной улыбкой, и мы пошли на четвёртый круг. И здесь уже разыгралась нешуточная битва, которая закончилась в мою пользу. Со Стрекозы слетели призрачные штаны.

— Хочешь пятый заход? — уточнил я, когда она возбуждённо застрекотала. — Последний, всё или ничего?

Стрекочет и кивает.

— Имеешь ввиду, вообще догола?

Стрекочет и кивает.

Ну что ж, типа ва-банк идём. Окей, я не против, а то уже время. Мне спать теперь не то чтобы обязательно, однако всё же после сна я чувствую себя лучше, чем без него, поэтому старался ложиться при любом удобном случае.

Карты вновь полетели над столом, и вот мы уже в руках с веером. И первым хожу я, как победитель. Начал с малых мастей, пытаясь прощупать почву, и… ничего. Наоборот, получил в ответ перевод и ещё парочку карт в нагрузку.

И первые три хода я набирал, пока…

Они не пошли обратно. Обрушил лавиной на Стрекозу, после чего колода пошла просто идеально, и ей ничего не осталось, как брать, брать и брать.

Люнь всё это время летала от меня к ней и даже предложила спалить её карты, но… зачем? Какой интерес в мухлеже? Я знаю, что кто-то делает это ради того, чтобы выиграть, но я кайфую от самой игры, и портить её мухлежом — такое себе.

К тому же, я побеждал.

Стрекоза попыталась отстреляться в середине, но слишком уж зашла далеко моя атака, и Стрекоза огребала по полной, пытаясь отбиваться, лишь закапывая себя глубже, пока…

— Моя взяла, — победно положил я последнюю карту, глядя на то, как она задумчиво смотрит на неё, пытаясь отбиться, пока… до неё не доходит, что я-то уже победил.

Надо было видеть этот взгляд, которым она переводила с моих пустых рук на последнюю карту, после чего недовольно застрекотала, положив карты на стол.