Книга 4. Апокалипсис сегодня, завтра и вообще.

…в то же самое время в Париже, Франция…

Сорель вышел из подъезда и в изумлении остановился: пятеро дюжих молодых мужчин сосредоточенно избивали ногами кого-то вопящего. Судя по вороху яркого тряпья и очень смуглой, практически черной коже рук, − это был выходец из Африки или Аравии. Раньше, где-то полгода назад, археолог бы наверняка возмутился, вмешался и поспешил вызвать полицию, но события последних недель начисто стерли во многих европейских душах толерантность и добродушие. Так что Поль Валентин сделал непроницаемое лицо и шагнул вперед.

Одиниз нападавших покосился на него, но увидел равнодушный кивок и кивнул в ответ – сейчас европеец европейцу поперек слова не скажет, если дело касается южных «захватчиков».

Обойдя по широкой дуге это событие, ученый вышел на улицу и на секунду задумался – спуститься в метро или шикануть на такси? Впрочем, время до очередного научного диспута вполне позволяло сэкономить на транспорте и лучше заглянуть по пути домой в очередной магазинчик за припасами.

В музее было тихо и спокойно – экскурсии чинно переходили от одного экспоната к другому, сотрудники с достоинством шествовали по своим делам.

− Как дела? – Дебюсье развалился в кресле, водрузив на стол ноги, и читал газету.

− Как всегда.

− Чего такой задумчивый?

− Да так… а ты чего под янки шифруешься? – и кивнул подбородком на стол, − между прочим, это мой любимый стол.

− Ты читал уже прессу?

− Нет, а что?

− Правительство вернуло талонно-карточную систему.

− Это я и так знал.

− А еще отныне все беженцы будут свезены в так называемые изоляционные лагеря.

− Ну, надеюсь, хотя б до «газен-вагенов» они не опустятся.

− Да что ты такой заторможенный?!

− А смысл суетиться? – Сорель уселся на другое кресло и задумчиво потер лоб, − вчера поздно вечером мне позвонил Марабу и сообщил, что заново подал прошение к русским, но с открытой датой.

− Вот как? Интересно…

− Именно. Я из-за этой новости всю ночь не спал.

− Вот как… что надумал?

− Я думаю, что вчера после того совещания Марабу не просто так исчез.

Скорее всего, он искал всю доступную информацию по этим Стенам.

− Да, связи у нашего босса впечатляющие. Считаешь, что он что-то знает, не доступное широкой общественности?

− Допускаю. Да, сегодня после обеда он ждет нас на маленькое закрытое совещание.

− Только нас?

− У его секретарши был в руках листок. Если я не растерял школьных навыков, там был список. Человек десять-пятнадцать, не больше.

− Интересно…

− Знаешь, я решил за ней приударить.