Повелитель Ифритов

Благодарили хозяев турнира за предоставленную возможность войти в часть высшего общества города.

Когда я стал у входа, на самом верху сужающихся к арене трибун, я видел их. На пьедестале, у дальней части “Колизея” восседала троица бояр-хозяев.

Добронравов седой, но крепкий мужик, одетый в дорогой и вычурный красный костюм с разводами, сидел в центре. Его строгое римское лицо было обращено к Зосимову.

Зосимов грузный и широкоплечий, в кремовом костюме блестящем красном галстуке, расплылся на своем месте.

Высокий лоб блестел в местном освещении. Пухлые щеки зарумянились. Длинные, но редкие светлые волосы, тянущиеся с висков и затылка, падали на плечи. Полные губы беззвучно шевелились. Они с Добронравовым о чем-то болтали.

Ланской, с кислой миной и совершенно отсутствующим взглядом даже не смотрел на очередной поединок. Всем своим видом дворянин показывал, как он расстроен. Видимо, тон нашего с ним и представителем Армы разговора, подкосил его. Он явно переживал.

Когда мы с представителем закончили беседовать, я попытался проследить за Ланским.

Он поднялся на второй этаж. На широкой, открытой террасе, с видом на нижний ярус зала, Ланской встретился с жирным Зосимовым. Они стали беседовать

Тут ничего невозможно было сделать. Слишком людно. Да и дворяне стояли в компании женщин, окруженные охраной.

Когда гостей позвали в арену, к началу турнира, я влился в поток дворян, решил действовать по ситуации.

– Ты будешь повержен, Лыков!

– Это мы еще посмотрим!

Дуэлянты встали в стойки, через мгновение их складные мечи скрестились.

Забавное, все-таки получилось оружие. Насколько я понял, в этом Мире Параллели, складной меч — это символ аристократа. Носили их далеко не все, но клинок остался таким символом еще с Большой Войны.

Тогда дворяне, в основном маги, носили эти складни, как оружие последнего шанса. Ведь большинство из знатных не пользовались стрелковым. Автомат считали грубым и плебейским оружием низших каст. Лишь табельные пистолеты иногда использовались дворянами-офицерами.

Такие нравы сейчас несколько подтаяли, но все равно сохранялись.

Я лениво оперся о стену, у входа на верхних трибунах. Смотрел вниз, на дерущихся дворян. Они прыгали и вертелись, делали выпады. Клинки звенели друг о друга.

– Роман Евгеньевич?

– Да, – я повернулся на звук.

Это была девушка из прислуги. Ее черно-белая униформа с пышной юбкой подчеркивала стройные ножки.

– Меня послали отыскать вас.