Мастер Ветра. Искра Зла

Остановить колонну, не дать им прорваться в Дубровицы до подхода Ратомира – вот что было важно!

Два десятка моих лучников спокойно выбрались из укрытий, встали в полный рост на опушке, подняли из травы приготовленные заранее стрелы и сделали первый залп. Тетивы не успели тренькнуть второй раз, как в промежутки между зачинщиками выступила следующая пара десятков. Потом третья. Смысл древнего лесного «хоровода» был в том, чтобы обстрел продолжался непрерывно. Пока первый залп враг принимал на щиты, в воздухе, визжа от жажды крови, пел уже следующий, и следующий, и следующий… 

Как бы ни хотелось спрыгнуть с ветки и встать рядом с моими отроками, приходилось внимательно следить за лесом.

То, что модулярский следопыт не показывался, заставляло меня волноваться, и я боялся ошибиться. 

Между тем, воины правого,  ближнего к опушке отряда охраны, попробовали контратаковать. Я не слышал отданного им приказа, но хорошо понимал его идею – втоптать наглых стрелков в землю! Не дать им безнаказанно, за пятьсот шагов, расстреливать караван.

С такого расстояния имеющиеся у посольских воинов арбалеты были бесполезны. Впрочем, и этого мы ожидали. Лошадей было жаль, но до опушки враг не должен был дойти. Каковы наши шансы в рукопашном бою, мы себе отлично представляли. 

Страшно кричали умирающие кони. Хрипели и, сбросив седоков, пытались уйти, уползти с этого ужасного места. Хрустели ломающиеся кости. Гремело железо. Расстроенными гуслями бренчали тетивы. Свистели стрелы. Орали командиры и матерились воины.

 

Пока правый отряд умирал, левый, спешившись, выстроился у телег. Сомкнули щиты, ощетинились мечами и, печатая шаг, двинулись к назойливо жалящим лучникам. Умело и очень опасно. Больше я не мог себе позволить отсиживаться на сосне. Пора было убивать.

Выскочив на опушку, пожалел, что взял мало стрел. Посольский строй, сверху казавшийся грозным, но не неуязвимым, с земли выглядел совсем иначе. Незащищенные щитами прорехи все-таки были, но совсем мало. И уж явно недостаточно, чтоб мои недоучки могли нанести им хоть сколько-нибудь серьезный урон.

 

Чиркнул кресалом, поджигая заранее приготовленную стрелу с обмотанным просмоленной паклей наконечником. Рукотворный метеор впился в голубое небо, и тотчас за спиной громыхающей железом вражеской «черепахи» из ямок, укрытых дерном и травой, встали еще четыре десятка отроков. И пусть они не были самыми лучшими стрельцами, да в неприкрытые спины с сотни шагов только слепой промахнется.