Мастер Ветра. Искра Зла

Надо бы глянуть…

– Конечно, командир, – улыбнулся я. Настоящая причина моего задания, хлопая распоясавшимся на ветру плащом, приближалась к принцеву шатру. Конники успели уже разбить свой лагерь, и теперь их командир шел к Ратомиру на разговор. 

Лица некоторых из дубровичевских лучников показались смутно знакомыми. Может, и мучился бы, вспоминая, да они сами напомнили:

– В Ростоке ваш ученик нас как дитятков малых в турнире побил! – поклонился один из них. – Спрашивали после – люди говорят, кого Мастер Ветра примечает, те только лучному делу подмастерья.

Я хмыкнул. Раньше-то сдуру считал – чтоб из лука стрелять, умная голова на плечах, сильные руки да верный глаз нужны. Спасибо! Просветили…

– Поклониться вам, значицца, пришли. В ученики проситься. Сами-то мы в Дубровице-граде не из последних стрельцов…

– И сколь числом вас, ходоки?

– Полста пять.

Я задумался. Снова выходило, что лучные сотни неполными оказывались.

– Ведомо ли вам, что на войну идем? И что против короля-оборотня можете и головы сложить?

– Пробои каленые не небу, чай, пузо чесать куют. Мы в войско и шли. А только, хочется науки вашей постичь. 

– Ну, принцем Ратомиром, командиром нашим верховным, я воеводой стрелецкой рати назначен. А значит и науке вместе с ростокцами учить стану. Туда вон идите, – я взмахнул рукой в сторону палаток у стяга Ростока. – Инчута-лучник вас по сотням поделит, командиров покажет, да где шатры ставить место даст.

Парни поклонились, подхватили пожитки и отправились. А мы с Велизарием, который теперь носил мое оружие, пошли к обозу, передать кому-то-брату весть о пополнении.

Жрец успел обзавестись десятком помощников. Хитрованского вида мужичков с сальными, все оценивающими глазками, в окружении которых непрерывно носился от одной прибывающей из города телеги к другой, постоянно что-то чертя острым стилом на навощенной табличке. 

– Забавны мне черты твои, Парель, – рассмеялся я, перехватив казначейскую банду возле очередного, запряженного меланхоличными волами, воза.

– Варварская страна, – воздел руки к небу толстяк. – Неумытая, неученая! Это суть буквицы, а не черты! Что буквицами записано, то любой другой, алфавит знающий, прочесть сможет! Ибо святы они, духом Басры Всеблагого благословлены.