Против колдовского мира

— Только ты, падишах, нас пожалел, денежек бродягам дал. А мы ведь врагами тебе были.

— Однако расстались вроде союзниками, — поправил Никитка.

— Да, к Северным колдунам нам путь отрезан, — мрачно кивнул Упырь. — Но и местный владыка принимать на службу не хочет. Не нужны ему наёмники. Вот и прозябаем в нищете да голоде.

— Оно и видно, — подгребая ближе к себе тарелки с разносолами, недовольно хрюкнул поросёнок. — Жируете тут, пока мы с атаманом жизнью рискуем.

— А я чего, я тоже рисковый! — вскинул голову отчаянный профессионал.

— Ты мне только хорошо заплати, и я кому хошь за атамана глотку порву!

— И много тут охочих до войны пацанов? — задумчиво поскрёб подбородок Никитка.

— Для настоящей войны маловато, — скривил рожу Упырь. — Но заварушку организовать можно большу-у-ую!

— Сколько бойцов? — ближе придвинулся Никитка.

— Настоящих, — выпятил грудь Упырь и окинул затуманенным взором тёмные уголки тесного мирка, — полсотни найдётся, остальные разлетелись кто куда.

— Если крылатые собратья не потребуют аванс, то я, пожалуй, смогу всех обеспечить работой, — бросил Никитка заманчивое предложение безработным наёмникам.

— Кому другому не поверили бы, а тебе, падишах Кроликобада, братва выкажет уважение, — за всех летучих мышей подписался Упырь.

— Нанимаю на службу, — пожал протянутую ладонь Никитка. — Упырь, вкратце обрисуй обстановку.

— Ну, Бальтазар увёл всё войско в устье реки Рат и с трудом сдерживает бешеный натиск Северных колдунов, — просветил работодателя Упырь. — С другой стороны долина прикрыта неприступной горной грядой.

От пограничных стражей давно нет вестей. Но горожане верят, что пока жив хоть один пограничник, врагу не пройти через ворота крепости Горабор.

— Надеются и беззаботно сидят в Бальтазаробаде, — зло укорил глупцов Никитка.

— Ленивые профаны, — презрительно фыркнул профессионал войны. — Купчишки Бальтазаробада откупились от армии и расселись по лавкам. Чудаки думают задобрить оккупантов дарами и покорностью.

— В бою от трусов толку не будет, — сверкнув глазом, вынес приговор Циклоп.

— Ничего, я заставлю жирных трутней родину любить! — стиснув зубы, пригрозил Никитка. — А как переживают нашествие бедняки?

— Работягам всё равно, на кого батрачить, — отмахнулся Упырь от идеи рекрутировать пролетариат в армию. — Нет, падишах, в этом городишке тебе войска не собрать. Уводи зверят, летучие мыши прикроют с воздуха отступление.

— Мы ещё повоюем! — стукнул кулаком упрямый Никитка. — Я встречал в переулках толпы бродяг.