Завет

Гомункул замолчал.

– И это всё? – спросил Каин, не дождавшись продолжения.

– Тебе обещали зацепку, – ответил гомункул. – Обещание выполнено. Очередь за тобой, вампир.

Он спрыгнул на пол и начал ковылять по комнате, изредка взмахивая руками, будто неслышно дискутируя с кем-то. Потом остановился и начал что-то чертить на стене взятым с подоконника карандашом. Интерес к гостям гомункул потерял и полностью погрузился в свои размышления.

– Разговор не окончен, – сказала Кармен.

Гомункул на мгновение замер, но тут же продолжил своё занятие.

Рядом с рисунками появлялись всё новые и новые сложные формулы и расчёты. Они притягивали взгляд, как будто хотели быть разгаданными. Язык гомункулов причудливо сочетался с обычной латиницей, создавая некий пиджин[2].

– Я с тобой разговариваю.

– Закончен, – прошептал он. – Наконец-то закончен.

Кармен подошла ближе.

– Что ты там бормочешь?

– Не трогай его, – предупредил Каин.

– Я не собираюсь его трогать. Просто крепко надеру зад, если будет вести себя подозрительно.

– Это не поможет.

Гомункул повернулся и зловеще блеснул глазами. Протянув руку, он сдёрнул полотно на пол.

В углу стояла биомеханическая конструкция, которая когда-то была человеком. Ноги до колен и всю левую руку заменяли переплетённые с мышцами стальные протезы, желтоватая сухая кожа напоминала пергамент. Верхняя часть черепа была удалена, мозг отсутствовал. В лоб, виски и затылок были вживлены изогнутые металлические пластины, образующие подобие короны. Большую часть лица скрывал пульсирующий органический нарост, от которого тянулись толстые трубки, уходящие куда-то за спину; такие же трубки торчали из глазниц.

Гомункул начертил последний знак, и письмена едва заметно засветились. Щёлкнули короткие когтистые пальцы, и конструкция ожила. Из пустого черепа начало вырываться белое пламя, глазницы засветились. Скрипнув суставами, конструкция закачалась и шагнула вперёд. Складывалось впечатление, что это существо не было слепым и вполне могло ориентироваться в пространстве или же его поведением управляли откуда-то извне.

– Вам нечего здесь делать, – сказал гомункул. – Убирайтесь.

Подкрепляя его слова, конструкция выдвинула из рук длинные изогнутые лезвия.

– Не трогай оружие, – тихо сказал Каин. – Иначе он нападёт.

– Ты многое о нас знаешь, Сийярто, – заметил гомункул.

– Я знаю достаточно, чтобы держаться от вас подальше. Придержи своего монстра, мы уходим.

– Как скажешь.

Каин попятился к двери, не спуская глаз с замершей конструкции.