Завет

Он провёл пальцем по прицелу своего навороченного автомата.

– И теперь вы смотрите друг на друга поверх стволов. Вселенская ирония, не иначе.

– Что с нами случилось, Виктор?

– Ничего. Всё как обычно.

Виктор протянул ему руку.

– Поднимай задницу, потом подумаешь над всеми перипетиями судьбы. А если не готов к такому, то сдай жетоны и ствол, отрекись от веры и вали обратно в гетто, из которого ты выполз. Сходи к Аденауэру, он тебе не откажет.

– Не о чем думать. И незачем идти к Альфреду.

– И правда, – фыркнул Виктор.

– Если ты в ОБСК, то для тебя существует только пять основ и всего одна извилина, да и та проходит между полужопиями. А мозг вернут только после расторжения контракта. Идём, попозже настрадаешься.

Они вышли из часовни. Девятка сидел на камне, следил за окрестностями и свирепо грыз энергетический батончик, запивая водой из фляжки. Вкус у этих батончиков был по-настоящему жуткий. Ходили слухи, что их специально делали именно такими, чтобы не было желания съесть от безделья – нескольких кубиков хватало чтобы обеспечить солдата энергией в обычных условиях, а целого батончика – в экстремальных.

Но Девятка не был обычным солдатом и просто ел его, не обращая внимания на вкус. Ему, похоже, даже нравилось, что периодически порождало шутки на тему пищевых пристрастий орков, особенностей их кулинарии и пищеварения.

– Хорош картон с говном жрать, нас ждут великие дела, – сказал Виктор.

– Всё-таки грохнул дружка, – констатировал Девятка, бросив смятую обёртку.

– Правильно сделал, лучше порвать с прошлым окончательно.

– Странно слышать подобное от тебя.

– Ты на что намекаешь?

Каин ткнул пальцем в значок, болтающийся на бронежилете Девятки.

– Тотем твоего клана.

– И чё?

– Раз ты здесь, то тебя изгнали, не так ли?

– Не твоё дело, Сийярто.

– Я давно хотел спросить – где ты потерял палец? На войне? Разрывной пулей зацепило?

Девятка заметно напрягся.

– В носу решил поковыряться, а он возьми да и застрянь.

– И что? Продолжай, это интригующая история.

Орк навис над Каином.

– И всё, отхерачить пришлось. А тем, кто слишком много знает, отрезают уши. Особо настырным могут и колумбийский галстук выдать.

Виктор вклинился между ними.

– Кончайте трепаться. Девятка, сходи проверь дорогу.

– Это приказ?

– Он самый.

– Мы ещё встретимся, говнюк, – пообещал Девятка.

– Буду ждать.

– Ты ничего не забыл, солдат? – напомнил Виктор. – Дела не ждут.

Орк злобно засопел, но подчинился и затопал прочь.