Цвет мира - серый

— Сейчас вы рассуждаете с позиции сильного. А как бы вы думали, если бы были слабы?

— Я был слаб, — сказал Гаррис. — Меня пинали много раз, но я всегда давал сдачи, получая в ответ еще больнее. Я ненавидел себя за свою слабость и стал сильным.

— Вы могли просто умереть в процессе.

— Мог. Но я не умер, что утвердило меня в справедливости моих воззрений, — сказал Гаррис. — Религия учит человека быть слабым. Она говорит: если ты не можешь чего-то достичь, просто забудь об этом и живи счастливо.

Не возжелай того, не делай сего… Если на каждый удар подставлять вторую щеку, тебе попросту оторвут голову. Религия учит человека довольствоваться тем, что есть. А если я не хочу?

— Тогда вам нужно придумать себе другую религию. И занять главное место в пантеоне.

— Я не могу. Для того чтобы создавать религии, нужно твердое знание о том, как надо поступать во множестве разных и непохожих друг на друга ситуаций. А я не знаю. Я знаю только, как поступать не надо.

— Ради этого вы и воюете? Чтоб люди не поступали так, как не надо?

— Я воюю ради власти.

— И сколько же власти вам нужно?

— Очень много.

— Когда вы остановитесь?

— Когда сочту нужным.

— Вам мало половины континента?

— Дело не в размере территории, которую я контролирую, — сказал Гаррис. — Вы знаете, когда-то моя философия была проста — живи и не мешай жить другим. Но она не работала. Мне мешали. Мешали постоянно.

— После чего вы обозлились на весь мир и решили ему отомстить?

— Месть — это слишком мелко.

Мне не понравился мир, в котором я жил, и я решил его переделать.

— А если кому-то не понравится тот мир, который построите вы?

— Это его право. Он может бросить мне вызов.

— И вы его убьете.

— Я уже сказал: миром правит сила. И побороть силу способна только другая сила.

— А как же правда? Красота? Любовь?

— Эти слова ничего не значат, — сказал Гаррис. — Потому что каждый человек понимает их по-своему.

Лишь сила объективна и расставляет все по своим местам. Скоро я двину свои войска на Брекчию, которой управляет Церковь Шести. У нее есть своя правда, своя красота и своя любовь. У меня — своя. И победит не тот, чья правда правдивей, а красота — прекрасней. Победит тот, у кого больше силы. И даже если я проиграю, я не признаю, что их правда правдивее моей. Я признаю только то, что на данный момент у них было больше силы.