Истории Рейбора: Разбойник

Что ж, может, Чиж и болтлив, но, вроде, честный. Таких людей лиглинг знал немного.

– Прид-д-дётся тебе поверить, хи-хи!..

Ещё пара поворотов, пустых решёток и выстроенных вдоль стен бочек – и они оказались в небольшом квадратном с люком наверху. Память не подвела.

– Вот-т-т, – Квадунгурарашава указал хвостом на люк. – Это ещё од-д-дин вход в башню.

– Чудно! – хлопнул в ладоши Чиж. – Будем только надеяться, что и он не заперт и не под магией…

– Т-т-тут мало кто ходит, только вожд-д-ди, хи-хи, – Квадунгурарашава уже поднялся по приставной лестнице и приоткрыл люк.

Да, так и есть: первый этаж центральной башни, казармы. По чутью ориентироваться не удавалось, слишком много людей было, но глаза и уши не говорили о том, чтобы кто-то был внутри. – Т-т-ты идёшь?

– Я? Разумеется! Чем быстрее мы найдём этот чёртов кулон, тем быстрее спасём твоё племя, вернёмся за нашим товарищем грайдцем и смоемся отсюда! Улавливаешь?

Глава 9. Муки выбора

Гросох сначала долго сидел на какой-то коробке, но потом не выдержал, встал и заходил.

Когда он бродил по лесу, встретился с этим странным длиннохвостым псом, ползал по тоннелю с ним и Чижом, он был достаточно занят, чтобы не думать почти совсем ни о чём. Гросох любил такие моменты. Но они всегда заканчивались, и теперь ему снова приходилось решать.

«Сделай это, и получишь свободу,» – заявил ему Лаарнель. Когда Гросох это услышал, он забыл о том, что оказался лишь орудием в руках мадрала, что потерял всякую надежду найти среди других рабов каких-либо товарищей – обо всём, что гложило его после победы над Задирой.

Всего лишь сходить с человеком-разбойником в другой мир да выполнить ещё одно небольшое поручение – и он свободен! Он сможет снова сражаться там и тогда, где и когда пожелает, больше не будет выходить в самую рань в поля, чтобы горбатиться над мафшахерхом… Всё – позади!..

На самом деле оказалось, что всё не так уж и просто. Этот разбойник, Чиж, первым же делом спросил его имя. А потом не пустил его драться с людьми в крепости – и не потому, что не захотел, а потому, что Гросох бы не победил и умер.

Он не приказывал, а просил, вообще не пытался продемонстрировать свою власть над рабом. И может быть дело было вовсе не в особом беспокойстве за самого Гросоха, но последний раз кто-то так обращался с Гросохом только тогда, давным-давно, когда он и другие рабы в его мире восстали против хозяев.

Так что Гросоху совсем не нравилось то, что требовал от него Лаарнель за свободу.