Кодекс Охотника. Книга VIII

Ты что, новости не смотрел?

— Я их вообще не смотрю, — сказал я. — И тебе не советую, — и тут же добавил. — А что там?

— Ну, монголы орут, что совершена диверсия. Вызывают наших послов в Золотой Орде на ковёр с требованием пояснений. Орут — провокация, и требуют пояснений.

— А наши что?

— Наши молчат. Похоже, они сами охренели, — сказал Андросов.

— Это неудивительно. Ладно, — я уже хотел положить трубку, но потом вспомнил ещё один вопрос. — А на вас кто напал?

— Как раз пытаемся выяснить это.

— В смысле, пленные оказались не разговорчивыми?

— Да их не очень много и осталось, — смущённо сказал Андросов.

— Волк твой сильно разозлился, когда «Буревестник» сбили.

— «Буревестник» сбили? Мою прелесть?! — не выдержал я.

— Да не, с ним всё в порядке. Поцарапали немного. Но Волк здорово рассвирепел.

— Представляю это.

— Ну, так вот. А ещё и Королева хорошо все вокруг проморозила. Подозреваю, что в ближайших несколько лет здесь на земле ничего расти не будет.

— Настолько крутая? — во мне проснулся профессиональный интерес.

— Ты даже не представляешь насколько! А ещё у неё очень многосторонние, оказывается, таланты.

— В смысле?

— Она как раз сейчас информацию из пленников достаёт, — Андрей снова замолчал. — У кого-то будет очень суровая тёща.

И замолк в ожидании.

Конечно же, я не повёлся.

— Сочувствую, кто бы это ни был, — буркнул я. — Всё, тогда на связи.

Быстро набрал Волка, выслушал «плач Ярославны» о том, что не битый, не крашеный «Буревестник» теперь немного битый, и нуждается в перекраске.

Но как сказал Андросов, с ним действительно всё в порядке. Хуже было то, что у меня появились первые потери. Два гвардейца погибли, и семеро были ранены.

Без капли смущения я заставил Волка, не кладя трубку, отправить их к княжичу Андросову, чтобы его молодая, но очень талантливая Светлость лично привела ребят в порядок. Ничего, не переломится.

Волк был напряжён. И когда через несколько часов он вернулся в усадьбу, то обычно улыбчивая лысая морда выглядела настороженно.

— Ты всё правильно сделал, — без прелюдий сказал я. — И я тобой горжусь, серьёзно.

— Наши парни погибли, — уныло сказал Волк.

— И это плохо, — сказал я. — Но учитывая то, что вы там сделали — мне Андросов рассказал — вы обошлись малой кровью, — я скривился. — Ненавижу это слово, ты же знаешь. Ненавижу терять людей. Но война есть война. А теперь быстро в баню!

— Слушаюсь! — смекнул Волк. — Сегодня без алкоголя?

— Почему это? — спросил я.