Во имя рейтинга

— А ты слишком спокойный для аналитика, — не остался в долгу Макс.

И вовсе я не спокойный. Просто я принимаю мир таким, каков он есть. Все равно, раз уж мистеру Картрайту втемяшилось в голову отправить в прошлое своего агента, никто его не мог от этого отговорить. Да и мне самому было любопытно, что может нарыть в древнегреческом эпосе профессиональный разведчик.

«Принцип бабочки» меня не слишком волновал по вышеизложенным причинам. Если прошлое способно меняться от действий полковника Трэвиса, то оно уже изменилось.

Академик Северов совершенно не опасается возникновения темпорального парадокса, демонстрируя всем желающим какие-то свои теоретические выкладки, снабженные неимоверным количеством формул и графиков, которые до конца никто, кроме самого академика, не понимает.

Уж если светило мировой теоретической физики не боится парадоксов, не пристало их бояться и мне.

— Если исключить явление Ахиллу полковника Трэвиса, ничего примечательного за последний час не произошло. Даже не представляю, чем мы будем заполнять эфир.

— Это ерунда, — сказал я. — Подожди, пока они начнут войну. Нам не хватит и двадцати четырех часов, чтобы показать всё.

— Хотелось бы надеяться, — сказал Макс. — Потому как мистер Картрайт грозится выделить под наше шоу отдельный канал.

Думаю, мне стоит объяснить, каким образом мы получаем информацию из прошлого.

Сначала скажу несколько слов о самом туннеле.

Туннель имеет постоянную темпоральную протяженность в три с половиной тысячи лет, сколько-то там дней, часов и минут, вплоть до секунд.

Что это означает?

Что туннель дрейфует во времени с той же самой скоростью, с которой это делаем и мы сами. Когда находящаяся у нас точка условного входа смещается во времени, смещается и находящаяся в прошлом точка условного выхода. Для нас пройдет день, и для полковника Трэвиса, находящегося в прошлом, пройдет день. То есть, если все пойдет так, как это описано Гомером, нам предстоит наблюдать Троянскую войну последующие десять лет чуть ли не в режиме реального времени.

Сами точки входа и выхода ничего особенного собой не представляют. Просто черная дыра около трех метров диаметром, висящая в полуметре над полом лаборатории, в которую сходятся все проложенные по этажу силовые кабели.

Мы отправили в прошлое около десяти тысяч автономных аппаратов, замаскированных под обычных мух.