Во имя рейтинга

— Гектор ушел! Мы заплатили двумя кораблями за каждый троянский! Богоравный герой Ахиллес, который кровь из носу должен был быть на нашей стороне, — сопливый мальчишка! Во всем флоте только и разговоров о том, как Гектор выкинул его за борт!

— Ахиллес потопил корабль Гектора, — говорит Менелай.

— После того как проиграл бой! После того как мирмидонцы еле унесли ноги с флагмана! После того как этот проклятый чужеземец чуть не убил троянского лавагета! Но он не захотел его убивать! Он позволил ему уйти!

— Нас там не было, — говорит Менелай.

— Мы не знаем, что было на самом деле. Я не верю, что этот чужеземец всерьез мог биться с Приамидом.

— Дело не в том, что там было и во что веришь ты, — чуть успокаивается Агамемнон. — Дело в том, во что верят люди, которые составляют нашу армию. А они смеются над Ахиллом, которого раньше чуть ли не боготворили. И они смеются надо мной, ведь именно я пригласил Ахилла в наши ряды. А еще они говорят, что Агамемнон — глупец, который не послушал мудрых людей. Они говорят, что этот хитрозадый Лаэртид предупреждал меня об опасности быть атакованными флотом троянцев, но я его не послушал.

— Так он был прав.

— В глазах людей вождь должен быть непогрешим. Вождь не имеет права на ошибку.

— Все мы смертны, брат. И все мы ошибаемся.

— Только не я!

— Агамемнон, брат, ты — человек. Не бог.

— Лаэртид знал, — говорит Агамемнон. — Он не догадывался, не предполагал, он знал наверняка. Он может видеть будущее. Может быть, он — бог?

— Одиссей не бог, — говорит Менелай. — Все дело в этом чужеземце, Алексе, сыне Виктора.

О нем говорят, что он может видеть все на земле. Таков дар, врученный ему богами.

— Чушь! Я не верю.

— Дело не в том, во что веришь ты, — говорит Менелай. — Дело в том, во что верят люди, составляющие твою армию.

— Не так я видел начало этой войны, — признается Агамемнон.

— Троянцы показали, что они не трусы, — говорит Менелай. — Они не будут отсиживаться за стенами Илиона.

— Не будут, — мрачно говорит Агамемнон.

Реалити-шоу «Троя»

Ахейский флот.

Восьмой день плавания

Правое крыло ахейского флота

Диомед

— Клеад, вина!

Диомед лежит в своей каюте. Вокруг беспорядок, пустые амфоры валяются вперемешку с предметами одежды и оружием, боевые доспехи свалены в дальнем углу.

Диомед пьян.

Входит Клеад. В его руках две амфоры, которые он ставит подле ванакта Аргоса.

— Что во второй?

— Вода.

— Вылей за борт, Клеад, — говорит Диомед. — Я не пью воды посреди моря. Налей мне лучше вина.