Хроники черной луны

Наверно так же еще не умеющий ходить ребенок ползет на голос матери. «Где же ты. Я жду тебя. Я так давно тебя жду.»

Жрец лежал у кривого сухого дерева. Наверно умирая, он обхватил его руками. Кости рук скрючились вокруг ствола. Серое одеяние истлело и лежало лохмотьями. Чуть поодаль тоже полуистлевшая лежала большая кожаная сумка. Из прорехи на землю высыпались камни редония. Но все это промелькнуло в голове как ветер, как шум дождя. Все внимание привлекло кольцо. Большое золотое кольцо, торчащее из черепа. И голос, которые привел меня сюда, принадлежал именно ему  - кольцу.

Не знаю как, но я понял это. Сейчас он уже не был похож на шепот, он был громче грома, громче шума падающей с огромной высоты воды: «Иди ко мне! Я знал, что ты придешь! Иди ко мне! Возьми меня!» Я полз вперед, вытянув руку. Я жаждал обладать кольцом. Но меня остановила овившаяся вокруг шеи цепь.

- Нет, дружок. Ты его не получишь. Это кольцо мое.  – Подкравшийся сзади, Алексаниди накинул цепь на мою тощую шею и теперь душил, закручивая ее все плотнее и плотнее.

Я не мог сопротивляться. Упал животом на камни и пытался пропихнуть пальцы под осклизшие звенья.

- Нет! Ты его не получишь. Ты умрешь, так же как умер я. Ты сдохнешь тут и пойдешь на корм крысам. Слышишь, они идут? – Он чуть ослабил нажим. – Послушай, это идут твои могильщики. – Со всех сторон раздавался топотом. Топот сотней тварей желающих доесть все что оставили вчера. - Слышишь? Слышишь? А оно будет моим!!!

Я рванулся вперед, последним усилием встав на обрубки ног, и в безумном прыжке дотянулся до черепа.

Я перебирал пальцами, пытаясь дотянуться до кольца, пытаясь перекатить череп. Алексаниди ревел и скручивал цепь. Со всех сторон из тумана показались узкие хищные морды готовых наброситься крыс. «Иди ко мне! Возьми меня! Зачем ты медлишь! Возьми меня!» Я закричал, выжимая из легких последний воздух. В глазах помутнело. Толи в судороге, толи в приступе последней надежды я дернулся вперед и кончиками пальцев коснулся такого близкого и такого недостижимого кольца.

Сознание промыли, как потоком ледяной воды. Стена тумана раздвинулась. Появились деревья, которых до этого не было. Пропала цепь, обвивавшая шею, и безумный орущий Алексаниди. Исчезли крысиные морды, запах гнили, голоса в голове. Только шум ветра нарушал тишину вокруг. Я сел и осмотрелся. Я не мог понять что, произошло. Не мог поверить, что два последних дня мне просто привиделись. А еще я боялся посмотреть на ноги.