Хроники черной луны

Я запросто могла бы быть твоей старшей сестренкой.

- Хорошо, госпожа Хельга. Я больше так не буду. - Вдобавок она показала мне свой маленький красный язык. Вредина. - Папа просил передать, что завтрак готов. Он ждет вас внизу.

- Хорошо. Сейчас умоюсь и приду. Беги.

Дверь захлопнулась. Я побрызгала на лицо ледяной воды из кувшина, поежилась. Попытка привести в порядок измятую одежду победой не увенчалась, пришлось идти прямо так. Выйдя из комнаты, я накинула капюшон плаща на голову - нечего смущать местных ужасным видом впившегося в голый череп кольца.

Они и так в курсе кто я.

Народу в общей комнате было немного. Трое мужчин за крайним столом пьют что-то горячее - из кружек поднимается пар, да у маленького окошка сидит тепло одетая женщина. Кого-то ждет.

Я присела за свой любимый столик, почти сразу подбежал Каро – курманщик, отец Лиры. Он низко поклонился, поставил на стол широкую плошку с овощами и пресными лепешками, сказал, что горячий настой принесет чуть позже. Питались здесь очень просто, даже слишком, но я не жаловалась.

Оглянувшись, я увидела, что все трое мужчин смотрят на меня. В глазах их читалось неприкрытое уважение, даже обожание, а еще затаенная тоска и безнадега. Есть с чего.

До ближайшего городка - Криама, столицы всеми богами забытой провинции почти три недели пути. И только там есть полноценный отряд легионеров. Здесь же жители свои проблемы должны решать сами. Они и справлялись, пока с гор не спустилась банда полудиких дикарей, обложивших всю округу непомерной данью.

Помощь наместник императора выделить не мог, в самом Криаме было неспокойно. Вот и отправили ее сюда, молодую глупую девку, усмирять диких горцев. Интересно чем? Верой? Силой кольца? А может ублажить всех до такой степени, что все передохнут? Я отвернулась и доела остатки овощей. Каро принес теплый, как я люблю, травяной настой.

Она появилась на шестой день перед заходом солнца. Ворвалась в комнату, широко распахнув дверь.

- Ты здесь, ведьма? - Пришлось вылезти из теплого гнезда.

Одеяло я все же натянула на себя. Завернулась.

- Не ведьма - жрица. Я уже говорила. - Я ежилась от холода и навряд ли вызывала своим видом хоть какое-то уважение.

- Жрица, ведьма - одно и то же.

Она села передо мной прямо на пол, подогнув под себя ноги. Из спутанных грязных волос она умудрилась сплести две косички на манер имперских девушек, но получилось неважно. Вкупе с жутко вонявшей одеждой из плохо обработанной кожи она вызывала стойкое отвращение.