Хроники черной луны

Плюнув на все, я уже решил выбираться обратно на палубу, но тут галеру ощутимо качнуло на волне, и нужная щель сама подпрыгнула под палец. Я поблагодарил богов за удачу. Уже через пару минут я выщупал все очертание окна. Оно оказалось немного ниже, чем я рассчитывал, из-за этого и заработал себе столько мороки. Дело оставалось за малым. Днем, лежа на палубе, я долго обсасывал мысль – а запирает ли капитан ставню? Или может просто прикрывает ее поплотней? Ответ не заставил себя ждать. Последним кинжалом я расковырял верхнюю щель и медленно выдавил край ставни.

Она поддалась, и я почти без скрипа открыл окно. Всунул руку внутрь и тут же уперся в тяжелую ткань. Гобелен. Вот почему окна не видно изнутри каюты. Напрягшись, вспомнил, где он висит. Липкий холодный пот потек по спине. Гобелен, с видом на утренний Иредос, висит прямо над широким лежбищем капитана. От мысли, что на расстоянии вытянутой руки от меня дрыхнет обкуренный капитан, по спине потек холодный пот.

Я повис на веревке и отдышался.

Неужели я остановлюсь на полдороги? Как бы не так. Кто-то постарался и сделал окно до неприличия маленьким. Ребенок войдет только-только. Хорошо, что я не такой большой, как например Алекс. По уму легче конечно лезть головой вперед, но в перспективе застряв в такой позиции, выбраться обратно можно было уже не мечтать. Пришлось, как последнему идиоту, лезть вперед ногами.

Я выдернул кинжал за который держался и всунул его в щель прямо над окном. Поучилось не очень прочно, но меня так трясло от страха и любопытства, что я не стал обращать внимания на такие мелочи.

Подтянувшись на кинжале, всунул ноги в окно. Медленно распрямляя руки, начал соскальзывая внутрь, стараясь держать ноги прямыми. Гобелен мешал и пытался запутаться на лодыжках, но пока было не до него. Наконец я уперся задницей в нижнюю часть окна. Тут оказалось, что торс прямо в окно не пройдет. Только по диагонали. Держась за вбитый кинжал и веревку, я повернулся и, раздирая кожу, впихнул себя в каюту еще немного. Осталось самое опасное. Еще провернувшись  в окне, словно ключ в замочной скважине, и оказавшись на животе, я медленно опустил ноги вдоль стены. Чуть-чуть спустившись, коснулся кончиками пальцев пола. Слава богам именно пола, а не руки или ноги капитана. С трудом вдернув в окно остатки тела, я вынырнул из под гобелена в затопившую каюту темноту.

Стоять на кончиках пальцев ног в полном неведенье, что вокруг очень страшно и неудобно.