Хроники черной луны

Хуже всего, она качала головой в так речи Алекса, будто подтверждая его слова.

Я сел на землю, обхватив голову руками. Закрыл глаза. До боли заткнул уши. Но в них все равно просачивался безумный диалог Алекса с умершим братом. То, о чем бы говорили у озера, случилось намного раньше, чем я думал. Туман все-таки взялся за нас.

Глава 21

Тяжело смотреть, как шелушиться кожа, отпадает ошметками, обнажая красноватую плоть. Как расчесанные язвы  покрывается коростами. Чувствовать, как выпадают волосы на голове, на теле, на руках.

Невыносимо видеть мышцы, когда-то торчавшие буграми, носившие тело и помогавшие выиграть самые страшные схватки, а теперь превращающиеся в отвисшие мешки кожи. Еще страшнее вытирать текущий из глаз гной. Отрывать, отламывать ногти и знать, что они уже никогда не отрастут обратно. Тяжело, страшно, больно. Но еще больнее видеть, как это происходит не с тобой, а с твоим единственным другом.

Алекс умирал. Угасал,  как и многие вокруг. За какие-то неполные две недели мы сбросили в бездонный овраг за долиной камней шесть трупов.

Шесть человек сгнили при жизни и даже не осознали, в какой именно момент пришла смерть. Общей могиле без разницы кого в нее кладут - овраг глотал тела без разбора. Наверно одни лишь  боги знают, сколько каторжников нашло в нем последний приют.

Но еще хуже дела обстояли с сознанием Алекса. Иногда он полностью выпадал из реальности, разговаривал с умершими друзьями и родственниками. Ни разу с теми, кто остался в свободном мире. Только с теми, кто перешел в мир иной.

Он сидел уставившись в пустоту, найдя там что-то невидимое мне. Иногда был весел, иногда грустил. В такие моменты он был только там, и не отзывался на мой голос. Отчаявшись, я ложился у его ног как побитый пес, затыкал уши и старался уснуть. Старался хоть так выгнать из головы туман, пожиравший и мой мозг тоже. Не знаю, может моими усилиями, а может просто мое тело оказалось не таким восприимчивым – но со мной все изменения происходили намного медленнее. Да, я тоже похудел, тоже иногда мучался кошмарами и слышал голоса – но тело мое не сдавалось. И даже грязные свалявшиеся волосы еще держались на голове. За камнями Алекс больше не ходил. Он был бы рад помочь мне, но представить камешек редония в руке никак не мог. Только зря пачкался в грязи. Зато пока я пропадал на поле, он собирал и отмывал в озере яблоки. Так мы и жили. А скорее не жили, а доживали остаток отпущено срока. И никто в этой долине уже не боялся смерти.