Наруто. Явление косы Смерти

Удалось услышать разговор двух работников бакалейной лавки: один из них с гордостью рассказывал, как прогнал демонёнка от их лавки, удачно пнув его ногой. Оказывается, уже год ему никто не помогает, и он живёт своими силами. Чем больше я узнавал, тем больше разгорался гнев в моей душе. И тем меньше становилось моё понимание плана руководства деревни. Чего они хотят добиться, взращивая тьму в ребёнке? Как он станет защитником деревни, если видит столько тьмы от её жителей?

Утром десятого октября я стоял в технике сокрытия на крыше дома, соседнего с местом проживания маленького Узумаки.

Сын четвёртого покинул дом рано утром через окно. Ребёнок явно скрывал свою внешность, и, старясь лишний раз не попадаться на глаза горожанам, двигался по крышам в сторону госпиталя. Встретившись с большой компанией детей, ждущих во внутреннем дворе одной из лавок, торгующих алхимией. Получив от вышедшего через какое-то время из лавки молодого алхимика лекцию и задание по сбору растений, дети двинулись за пределы городской черты.

Кажется, этот мужчина переселился в Коноху из страны Травы пару лет назад. Куда более удивительным было то, что он, очевидно, заметил меня сквозь иллюзию, ведь в какой-то момент он чётко посмотрел мне в глаза и покачал головой.

Покинув городские стены, Наруто углубился в лес. Его умение контролировать чакру в таком раннем возрасте поражало. Мне в таком возрасте активно помогал отец, он же… Неужели, такой самородок. В прочем, чего ещё ожидать от сына Йондаэмэ Хокаге-самы.

Забравшись дальше в чащобу, он остановился на вытоптанной опушке и начал тренироваться.

Тут у меня появилось ещё больше вопросов. Ребёнок, даже самый талантливый, не может знать таких вещей. Он идеально погрузился в глубокую медитацию, совмещённую с разгоном кругов чакры. Выйдя из медитации через какое-то время, он начал длительную и хорошо проработанную разминку.

Посмотрев на него шаринганом, я убедился, что он не использует чакру что это время.

Окончательно меня убедило то, что ребёнка кто-то тайно тренирует работе с оружием.

Будь человек хоть трижды гением, он не сможет знать эти стойки и движения. Наблюдая за его боем с тенью, я вспоминал, как меня тренировали отец и чета Маруяма. Сколько же лет я не проведывал стариков. Впрочем, он продолжал тренировку. Даже с генетикой своего клана, то, сколько он продержался, было невероятно.

Когда синай наконец выпал из его рук, он завершил тренировку и спрятал свои снаряды обратно в тайник в кроне деревьев.