За горсть монет. Том 2

Варфоломею даже пришлось подозвать группу других актеров, чтобы те хоть как-то установили любопытную знать в очередь. Когда волнение улеглось, Гэб уже не смог найти Зантана в зале.

Облегченный выдох едва не сдул маску с лица и наемнику пришлось собрать всю силу воли, дабы не выйти из мистического образа. Кое как взяв контроль над толпой, Варфоломей начал по одному запускать всех желающих к гипнотизеру.

На этот раз схема была вполне классической: иллюзия, танец, укол, щелчок и вот отходящий от паралича дворянин как малое дитя хлопает в ладоши, ибо считал, что сможет противиться «гипнозу».

Добровольцев было так много, что Гэбу даже пришлось сбежать со сцены под видом перерыва и попросить Варфоломея дать ему больше иллюзорных артефактов. Благо их у циркача, что с презрением относился к магии, оказалось на удивление много.

Толпа несколько рассосалась только через час, вновь заполонив трибуны. Как только последний вельможа вернул способность ходить и довольный вернулся на свое место, Гэбриэл уже думал подойти к шпрехшталмейстеру с вопросом о окончательном удалении, как вдруг зажегся ярчайший свет.

Белоснежное свечение каянита залило всю сцену, не оставив и капли мистики (за это время силачи успели унести и все декорации) и ослепив авантюриста, уже привыкшего к темноте. Пока тот нелепо закрывал глаза руками, начала играть задорная музыка, под которую обычно ожидают увидеть не мрачного гипнотизера, а какого-то шута.

-Дражайшие господа и леди! – Варфоломей вновь встал в центре внимания и обратился к публике, – Каждый из вас на личном опыте убедился в навыках этого загадочного гипнотизера.

По залу прокатилась волна ворчливого одобрения.

-Этому не бывать! И мне кажется, я нашел того, кто сможет утереть нос этому нахалу, напялившему это маску! – шпрехшталмейстер отдал команду, и из-под потолка кто-то начал падать.

Актер в пестром костюме не приземлился, а прямо грохнулся подле владельца цирка.

Зрители вопросительно замолкли.

Однако упавший тут же вскочил и продемонстрировал относительно целое лицо, окаймленное цветастым шутовским колпаком, из-под которого выпирали снопы неряшливых волос. Неуклюже двигаясь в непрактичных мешковатых одеждах и звеня бубенцами на трех острых концах колпака, шут повернулся к Гэбриэлу. К этому времени тот тоже свыкся с ярким светом и смог взглянуть на следующего «волонтера».

Из-под шутовского грима на него смотрел именно Альто.