За горсть монет. Том 2

Однако, сейчас, когда в стране царит послевоенный хаос и даже хваленая Гильдия Авантюристов не может удовлетворить всех потребностей короля и феодалов, а его величество начал вновь созывать оставшиеся рыцарские ордена во служение, он обделил подобной честью наш! Но! Скоро этому невежеству суждено окончиться! Как некоторым из вас известно, около трех месяцев тому назад тщательный сбор информации многими нашими людьми выявил остатки страшнейшей банды в истории Гизехайма – Смеющегося Кошмара. В тот же момент мы послали шпиона в их ряды и сегодня его миссия увенчалась успехом: он принес известия о том, что важный приближенный их лидеров: покойного Сигизмунда Ханна, а нынче Винсента Эдмаера – Альдберг Радае – готовиться покинуть свою нору и направиться в странствие до самих территорий Далеких Песков.

Вокруг стола пронеслась волна удивленных возгласов.

-Братья, я не приказываю вам тут же бросаться за ним в погоню. Хоть сейчас он и стар, Радае все еще представляет большую опасность. Именно поэтому, если голова этого убийцы окажется у ног его величества, наш орден на века войдет в историю всего Гизехайма! Если вы готовы пойти на этот риск…

Иордан не успел закончить.

Всеобщий ор будто взорвал комнату, но ни один восклик не был осудительным – на лицах каждого присутствующего сияла яростная готовность свершить что угодно во имя славы. Хоть каждый здесь и был членом низшего дворянства, в такой ситуации манеры забывались, ведь не о них будут писать в героических балладах и песнях.

-Тогда! – Иордан наконец расслабился и поднял правую руку ладонью к присутствующим, – Я – магистр Ордена Пламени Останков, Иордан фон Марн-Кардигайн – объявляю начало похода во имя избавления наших земель от Альдберга Радае!

*****

После полуденной речи Иордана прошло уже много часов и солнце полностью скрылось за горизонтом.

Примерно в трех днях пути от Ланмарка находился один замок. В одном из его окон зажегся свет. Две тени мелькнули за мозаичным стеклом и показались уже во внутреннем дворе.

Один из них нес лампу с каянитом и был одет в стандартные жилет и штаны любого слуги, второй же шел только в ночной рубахе, которая на вид была сшита дороже чем все одеяние его спутника.

Гладко выбритое круглое лицо слуги было ярко освещено и выделялось из полумрака внутреннего сада. Хоть свет лампы едва достигал лица второго человека, даже так можно было разглядеть черты старости на нем, хотя что волосы, что аккуратная бородка, были едва затронуты сединой.

-Повторюсь.